что-то гораздо более серьезное.
– А ты, отважная дочь Фрейи? Не можешь сама защитить себя?
– Я не хочу драться, – сказала Альба.
– Позволишь своим прихвостням драться вместо тебя? – воскликнул Грип. – И это дочь отважной Саги Ванадис?
Хильда взглянула на Альбу.
– Давай, мы на твоей стороне.
У Альбы не оставалось выбора. Не могла же она стоять в стороне, пока Юар и Хильда сражаются за нее. Она взяла меч, но он был такой тяжелый, что ее руки задрожали. Альба ни разу в жизни не держала в руках настоящий меч.
Грип усмехнулся:
– Только трýсы дерутся втроем против одного.
– Это потому, что от тебя воняет. Никто не хочет встать на твою сторону, – ответил Юар.
– Я встану на его сторону.
Видар выбрал себе щит и меч.
Альба не верила своим глазам. Почему он на стороне Грипа? Уж с Видаром ей совсем не хотелось сражаться.
– Шторм, ты что, будешь защищать полутролля? – удивилась Хильда.
– Я не хочу драться, но, если этого не избежать, я не позволю Грипу биться в одиночку.
– Прискорбно, – заметил Юар. Отступать он не собирался.
Грип, Видар, Хильда и Юар подняли мечи, готовые к битве. Альбу бросило в холодный пот: вряд ли им всем удастся остаться невредимыми.
– Что вы тут затеяли, олухи?
Астрид Шторм бежала к ним со стороны казарм. Ученики опустили мечи и встали по стойке смирно, Альба последовала их примеру.
– Стоило эйнхериям уехать, как вы решили передраться? Совсем Сессрумнир без защиты оставим, а?
– Никак нет, капитан, – хором ответили все.
– Однажды вам придется сражаться на одной стороне. И на что это будет похоже, если вы готовы поубивать друг друга из-за пары насмешек? – Астрид была в ярости. – Я собиралась взять вас на задание, но вы пятеро, очевидно, еще не готовы.
– Что вы имеете в виду, капитан? – спросила Хильда.
– Через две недели мы с Арнульфом поедем к Насхеймским курганам. Там появился дикий грим. Его нужно поймать до осеннего праздника, чтобы люди могли спокойно прийти к своим мертвым. Эйнхерии в отъезде, и мы хотели взять с собой учеников. Но вам, похоже, настоящие задания не интересны?
– Интересны, капитан!
– Может быть, хотите остаться дома? Будете драться друг с другом?
– Нет, капитан!
Она пристально посмотрела на них.
– Если не научитесь работать вместе, оставлю вас здесь, ясно?
– Да, капитан!
– Еще хоть раз увижу, что вы ругаетесь, спущу с крепостной стены, и вы не станете эйнхериями. Понятно?
– Так точно, капитан!
– Приберите все, да смотрите не пораньтесь.
Астрид устало вздохнула и ушла.
Бросив напоследок взгляд на Альбу, Грип пошел прочь. А Видар даже не посмотрел на нее.
– Теперь мы знаем, что можем доверять друг другу, – заявила Хильда и ударила своим мечом о мечи Альбы и Юара. Они убрали оружие на место и пошли к казармам.
– Будет здорово отправиться на задание, – сказал Юар.
– Да, – кивнула Хильда. – Я никогда раньше не видела грима.
– А ч-что это такое? – все еще дрожащим голосом поинтересовалась Альба.
И тут Хильда задала ей вопрос, который за последние недели Альба слышала очень часто:
– Где же ты пропадала все эти годы? Ты что, никогда не слышала о гримах?
– Нет, – ответила Альба, надеясь избежать дальнейших расспросов.
– Грим – это животное, которое приносят в жертву, когда кого-нибудь хоронят. Оно должно защищать покойника от грабителей. Грим – страж гробницы. Но иногда, если что-то пошло не так, грим просыпается злым и диким и нападает на всех, кто попадается ему на пути. Разрушает могилы вместо того, чтобы охранять их.
Альба не могла понять, шутят они или говорят правду. Неужели кучку детей пошлют сражаться с таким чудовищем?
– И что же это за животное?
– Бывает по-разному, – объяснила Хильда. – Это может быть баран, собака или лось…
– Надеюсь, что это огромный бешеный медведь, – кровожадно усмехнулся Юар. – Если я смогу его победить, то стану Юаром Гримоборцем.
Заметив, что Альба притихла, Хильда добавила:
– Конечно же, никакой это не медведь. Петух или кошка какая-нибудь.
– Когда у меня умерла бабушка, мы принесли в жертву хомячка моей двоюродной сестры, – сказал Юар. – В основном потому, что он постоянно бегал и кусал всех за пятки, а тут подвернулся случай отделаться от мелкого негодяя. Зато теперь никто не смеет и близко подойти в бабушкиной могиле. Зубы у хомяка, после того как он превратился в грима, стали только острее.
– Может, ты его убьешь? Станешь Юаром Хомякоборцем? – предложила Альба.
Юар возмутился, а Хильда громко расхохоталась.
Глава 14
Глусун и гробница
Несколько недель подряд тренировки перемежались уроками, во время которых Астрид Шторм и Арнульф Крока объясняли, как победить монстра, который бродит среди курганов. С Грипом больше никто не ссорился. Все восприняли угрозы капитана всерьез. Юар и Хильда сказали, что вряд ли Астрид спустит с крепостной стены дочь мирохранителя, но с остальными она точно церемониться не станет. Даже со своим сыном. И Альба подозревала, что это правда.
В среду она все же решилась подойти к Грипу, который собирал стрелы после занятий, и протянула ему руку. Он удивленно посмотрел на нее:
– Предлагаешь силами помериться?
Альба вспомнила, что в Запределье не принято пожимать друг другу руки.
– Хочу извиниться за то, что произошло в воскресенье.
Грип недоверчиво смотрел на нее.
– Отстань, – сказал он наконец и продолжил собирать стрелы.
– Я не хотела…
Но Грип резко перебил ее:
– Думаешь, я совсем дурак? Хотела вызвать меня на поединок на глазах у капитана?
Альба покосилась на Астрид и увидела, что та действительно наблюдает за ними.
– Если хочешь сразиться, вызови меня на хольмганг, дочь Фрейи. Только ты и я, один на один. Без твоих прихвостней и защитников.
Альба не знала, что сказать. Она хотела всего лишь извиниться, а не получить вызов на смертный бой.
Молчание затянулось, и Грип усмехнулся:
– Я так и думал.
Он ушел. Альба подумала, что этот мальчишка не стоит ее переживаний. У нее есть дела поважнее. Например, ее первое задание в роли эйнхерия.
Она боялась встретиться со зверем, восставшим из мертвых, и неважно медведь это или хомяк, но ей очень хотелось выбраться из крепости и увидеть что-то еще кроме Сессрумнира. Но когда за несколько дней до отъезда она спросила Астрид, далеко ли до курганов Насхейма, та ответила, что Альбе переживать об этом не стоит – она никуда не поедет.
– Но я же ни с кем не ссорилась! Не нарушала правила!
– Не нарушала правила, капитан! – поправила ее Астрид, и Альба сердито посмотрела на нее. – Если бы решение принимала я, никакого особого отношения к тебе бы не было, дочь Фрейи. Но твой отец запретил брать тебя на задание. Очевидно, он считает, что ты слишком нежная для охоты на грима.
За спиной Астрид противно усмехался Грип. Альба бросила деревянный меч на землю.
– Куда ты собралась, Ванадис?! Сейчас же вернись! Тренировка не окончена!
Альба направилась прямо в башню Оссиана, начала колотить в дверь и вошла, не дожидаясь ответа.
– Входи, – удивленно сказал Оссиан. Он сидел, держа в руке маленький
