— Да, я помню, — сказал Ваксиллиум и отметил, как во взгляде Мараси промелькнуло что‑то странное. Она отвернулась, — Но если бы дело обстояло именно так, они бы предпочли захватить человека с совершенно иной родословной, не имеющего никакой связи с интересующей их генетической линией. Сестра, пусть и троюродная, уж точно не выглядит подходящей кандидатурой для этого. — Он поджал губы, цокнув языком, — Ах. По всей видимости, вы незаконнорожденный ребенок. Сводная сестра леди Стерис со стороны лорда Хармса, я полагаю.
Она покраснела.
— Да.
Уэйн присвистнул.
— Удивительное дело, Вакс. Обычно даже я не осмеливаюсь назвать кого‑то бастардом хотя бы до второй встречи, — он глянул на Мараси, — Или до третьей, если речь идет о хорошенькой женщине.
— Я… — Ваксиллиум почувствовал внезапный прилив стыда. — Конечно. Я не имел в виду …
— Все в порядке, — ответила она тихо.
В этом предположении был смысл. Недаром Мараси и лорд Хармс сразу же ощутили возрастающую неловкость, стоило леди Стерис начать разговор о любовницах. Кроме того, их упоминание в контракте тоже было неспроста — очевидно, что, по мнению Стерис, супружеская неверность является неотъемлемой чертой характера лорда. И наконец, оно объясняет, почему же Хармс принял решение оплачивать обучение и проживание "двоюродной сестры" Стерис.
— Леди Мараси, — сказал Ваксиллиум, беря ее за руку, — Видимо, годы, проведенные мною в Глуши, повлияли на меня куда сильнее, чем я предполагал. Было время, когда я тщательно взвешивал свои слова, перед тем, как произнести их. Простите меня.
— Я та, кто я есть, лорд Ваксиллиум, — ответила она, — И я не испытывала никаких проблем, живя с осознанием этого все эти годы.
— Тем не менее, с моей стороны было невежливо упоминать об этом.
— Вам нет нужды извиняться.
— Хех, — задумчиво сказал Уэйн, — А чаек‑то отравлен.
Едва закончив фразу, он рухнул на пол.
Мараси ахнула, тотчас бросившись к нему. Ваксиллиум же резко развернулся, глядя на Тийома и видя, как дворецкий, минуту назад заваривавший чай, теперь наводил на Ваксиллиума пистолет.
Времени на раздумья не осталось. Ваксиллиум поджег крупинку стали, которую он всегда носил в себе на случай опасности, и толкнул третью пуговицу жилетки. Она всегда была стальной, что давало возможность использовать ее либо для пополнения своих металлических резервов, либо в качестве оружия.
Она сорвалась с его жилета, рассекла пространство комнаты и ударила в грудь Тийома, как только он нажал на спусковой крючок. Выстрел ушел в молоко. При этом как пуля, так и само оружие остались незаметными для алломантического чутья Ваксиллиума. Значит, алюминий.
Тийом споткнулся и выронил пистолет, впечатавшись в книжный шкаф при попытке убежать. Перед тем, как рухнуть у двери, он оставил тонкую струйку крови, тянущуюся за собой.
Ваксиллиум рухнул на колени рядом с Уэйном. Мараси подпрыгнула, когда раздался выстрел, а теперь уставилась на задыхающегося дворецкого.
— Уэйн? — спросил Ваксиллиум, приподнимая голову друга.
Уэйн распахнул глаза.
— Яд. Ненавижу яды. Уж поверь моему опыту, это еще хуже, чем лишиться пальца.
— Лорд Ваксиллиум! — встревоженно сказала Мараси.
— С Уэйном все будет в порядке, — успокаивающе ответил Ваксиллиум, — Пока он может говорить, и пока обладает достаточными ферухимическими резервами, он способен пережить и не такое.
— Я говорила не о нем. Дворецкий!
Ваксиллиум перевел взгляд на него, осознавая, что умирающий Тийом из последних сил пытается добраться до корзины, которую принес с собой. На его глазах окровавленная рука дворецкого скользнула внутрь нее и потянула за какой‑то рычажок.
Уэйн! — выкрикнул Ваксиллиум, — Пузырь! Сейчас же!
Тийом упал без сил. На месте корзины в его руках вспыхнул и распустился ослепительный огненный шар…
И застыл.
Ай, черт возьми! — сказал Уэйн, откатившись в сторону и наблюдая, как пламя от взрыва медленно разливается по комнате, — Я ведь тебя предупреждал. Говорил, что вещи вокруг тебя постоянно взрываются.
— Но за эту я на себя ответственность не возьму.
— Это твой дворецкий. — сказал Уэйн, кашляя и поднимаясь на колени, — Бларек! Даже чай был паршивым.
— Оно разрастается! — с тревогой сказала Мараси, указывая на огненное облако.
Волна пламени буквально испарила корзину еще до того, как Уэйн успел создать пузырь ускоренного времени. Теперь же она медленно разрасталась во все стороны, опаляя ковер, уничтожая дверной проем и книжные полки. Тело самого дворецкого уже утонуло в огне.
— Проклятье, — выругался Уэйн, — Эта штука чертовски большая.
— Все подстроено так, чтобы напоминать несчастный случай в моей металлургической лаборатории, — сказал Ваксиллиум, — А сожжение наших тел поможет скрыть факт убийства.
— Мы должны выбраться через окна, так?
— Нам будет довольно трудно обогнать взрыв, — задумчиво ответил Ваксиллиум.
— Ты можешь. Нужно просто толкнуть посильнее!
— Что мне использовать в качестве антипода, Уэйн? Я не вижу подходящих якорей в этом направлении. Кроме того, если мне и удастся отбросить нас назад с такой скоростью, то влетев в окно, мы разобьем стекла и они изрежут наши тела на куски.
— Джентльмены, — прервала их диалог Мараси, в голосе которой нарастала ярость, — Оно разрастается!
— Уэйн не может остановить время, — посетовал Ваксиллиум, — Только сильно замедлить. Кроме того, переместить уже созданный пузырь тоже не в его силах.
— Смотри, — сказал Уэйн, — Надави посильнее на гвозди в оконных рамах и вырви кусок стены здания. Путь окажется свободен, и ты сможешь выбросить нас в этом направлении, без нужны протискиваться через что‑либо.
— Ты вообще сам понимаешь, что говоришь? — спросил Ваксиллиум, подбоченившись и пристально смотря на своего друга, — Это кирпично — каменная кладка. Если я толкну слишком сильно, то только отброшу себя назад, угодив прямиком во взрыв.
— Оно уже совсем, совсем близко! — вновь напомнила Мараси.
— Так сделай себя тяжелее, — предложил Уэйн.
— Настолько тяжелым, чтобы даже с места не сдвинуться, в то время как тяжеленный кусок прочнейшей стены вырвет из здания?
— Конечно.
— Пол будет не в состоянии выдержать такую массу, — сказал Ваксиллиум, — Он провалится, и…
Он умолк.
Они оба посмотрели вниз.
Сорвавшись с места, Ваксиллиум схватил Мараси, потянув ее на себя и не обращая внимания на визг. Он перекатился вместе с ней назад, крепко держа ее над собой.
