попадали в снег, меня протащило по насту плечом, Лили перекувыркнулась и сразу поднялась на колено с натянутым луком.
Позади взревел бурозуб. Снежная масса вздулась, когда чудовище начало откапываться.
— Не ждём, — приказал я, поднимая Эша. — Уходим до скал, темп держим по самому медленному из нас.
Никто не спорил.
Мы остановились только через десять километров в узком ущелье, куда бурозуб не смог бы протиснуть бронированное тело. Кору проверила ездовых животных. Один ютараптор рассёк лапу о лёд, но кость осталась цела. Лили достала медную пластину, вытерла её рукавом и протянула мне.
На обороте обнаружились четыре почти стёртые отметки переходов. Три располагались по дуге вдоль северного побережья, четвёртая указывала на северо-запад за пределы материка. Расстояния складывались в цепочку коротких прыжков, каждый в пределах возможностей штатного проходчика Малина.
— Значит, он мог снабжать убежище через несколько промежуточных узлов, — сказала Кору. — Не обязательно прыгать прямо с базы.
— И не обязательно держать её на Шалине, — добавила Лили.
Я убрал пластину в карман. Мы нашли не логово, а старую дорожную стрелку, которую хозяева попытались стереть, при этом сам склад являлся ловушкой для любого, кто пойдёт по следу: заметная ошибка в иллюзии, работающий маяк-приманка и голодная тварь неподалёку.
Малин заранее готовился к тому, что однажды его начнут искать.
Была и хорошая новость: северо-западное направление и предел грузового перехода сужали район поисков, но впереди нас ждали побережье, острова и половина ледяных пустошей Хорадиса.
Охота обычно редко начинается с поиска добычи. Сначала находишь старый след, потом помёт, сломанную ветку, место ночёвки, и только терпеливый охотник в конце концов добирается до горла зверя.
Мы нанесли старый узел на карту и продолжили путь, теперь внимательнее проверяя не только иллюзии, но и всё, что выглядело слишком удобной находкой.
Такая скрупулезность принесла свои плоды: наш маленький отряд наткнулся на очередное подземелье.
Мы с Лили решили сунуться в огромный лесной массив, густо заросший древними хвойными великанами, а Кору с Эшем оставили снаружи, на открытой тундре следить за тылами и предупреждать об опасности. Логика была проста: если Малин Медобрук прячет свое убежище в непроходимой чаще, то накрыть его сверху иллюзией обычного бурелома — идеальный вариант остаться незамеченным.
Мы оказались отчасти правы. Пробравшись сквозь сучья и бурелом около полутора километров вглубь по едва заметной тропе, мы уперлись в сплошную стену шипастого терновника, которая выглядела слишком ровной и какой-то облагороженной для дикой природы. Двигаясь вдоль неё, мы вышли к краю мрачной, окутанной сырым туманом лощины.
Запахло гнилью и старой кровью. Внизу копошились тёмные, гротескно искривлённые твари. Их тела бугрились неестественными наростами, а в глазах горел больной фиолетовый свет. Мой Глаз Истины мгновенно выдал сухие строчки.
Оскверненные одичалые
Уровень 70–72
Тип групповые монстры
— Твою же мать! — одними губами прошептала Лили. Я почувствовал, как она прижалась ко мне, её теплое, упругое бедро коснулось моего, а дыхание обожгло шею. — Лет через десять это подземелье станет чертовски ценным для плановой охоты.
Я не сдержал сдавленного смешка. Учитывая, что в этой гребаной Системе требования к опыту удваивались каждые пять уровней, до семидесятого нам пахать и пахать. Может пройти и больше десяти лет, прежде чем мы сможем спуститься в эту лощину без риска превратиться в фарш. Но с другой стороны, когда мы дорастём до нужного уровня, я наконец-то смогу расчехлить легендарный Благословенный лук Владычицы Цветов, который получил в дар.
Еще один стимул жить дальше. Со временем я доберусь до этих уродов.
— А пока давай-ка делать отсюда ноги, пока кто-нибудь из них не учуял наш запах, — тихо сказал я, мягко потянув Лили за плечо и пятясь назад, — и в спину не вцепился какой-нибудь здоровенный местный хищник, которому перешли дорогу.
Мы бесшумно отступили в лес, надеясь однажды сюда вернуться. Честно говоря, учитывая, что это логово высокоуровневых тварей находилось относительно недалеко от Вольных Земель, я был уверен, что в ближайшие пятнадцать лет проведу здесь дохрена времени, охотясь на местную фауну ради опыта. Жадность не позволит мне оставить такой жирный куш.
Но даже эти мысли не омрачали пьянящего азарта первооткрывателя. Мы закончим с этим лесом за неделю-другую, и если не найдем логово Малина здесь, то перенесем наши поиски в Хорадис.
Новый неисследованный континент, хранящий множество тайн, ждал нас, и энтузиазм исследователя захлёстывал адреналином.
Самым важным событием этой суматошной недели стало возвращение эвакуированных.
На четвёртый день разведки Лютик связалась со мной ещё до рассвета, сквозь шорох помех Камня Связи её голос звучал устало, но радостно. Она сообщила, что последняя колонна добралась до промежуточной точки на Хорадисе, Проходчики отдохнули, а Хорвальд закончил привязку большого портала к площадке у пика Кайи.
Я оборвал поиски без колебаний. Пусть Малин ещё сутки посидит в своей ледяной норе, дети главнее.
К моменту, когда мы с Лили и Кору вернулись в Вольные Земли, у подножия пика уже развернули настоящий приёмный лагерь. Обугленные руины Вольного остались в стороне, основная база Теневого крестового похода теперь расположилась ближе к горе под защитой драконицы. На ровной каменистой площадке установили колья с сигнальными чарами, натянули канаты, обозначавшие проходы, развернули походный лазарет и наскоро соорудили несколько длинных навесов. Пахло свежей стружкой, дымом очагов и резкой алхимической смесью, которой лекари обрабатывали руки и инструменты.
Над всем этим огромной чёрной тенью кружила Кайя.
При каждом взмахе её крыльев по площадке прокатывался упругий порыв воздуха, хлопали полотнища палаток, люди придерживали шляпы и капюшоны. Драконица патрулировала небо, склоны и дальние подступы. Даже зная, что она на нашей стороне, я чувствовал спокойствие лишь наполовину. Кайя могла сжечь небольшую армию, но для одного убийцы, проклятого артефакта или шпиона такая мощь не являлась непреодолимой стеной.
— Первый внешний рубеж готов, — доложил Корвин, встретив меня у разметки. — Лучники заняли позиции на скалах, мобильный резерв у западной тропы. Каждый прибывший проходит проверку личности, осмотр целителя и очищающий контур. Обозы досматриваем отдельно.
— Никого не выпускать за ограждение до завершения проверки, — приказал я. — Даже если начнутся слёзы, объятия или возникнет стихийный семейный бунт. Дети проходят контроль вместе со взрослыми. И ещё раз проверьте тех, кто обслуживает портал. Если Консорциум захочет ударить, лучшего момента ему не найти.
Корвин коротко кивнул и вернулся к выполнению своих обязанностей.
Ирен стояла у внутренней линии рядом со мной с виду абсолютно спокойная: спина прямая, руки сложены перед собой,
