руку Теда, возникшего возле повозки, и нырнула в теплый холл.
- Хвала богам, - навстречу выбежали Санна с матерью, а следом из гостиной вышел Волдер.
- Мы очень за вас волновались.
- Всё хорошо, - успокоила помощниц. Растерла онемевшую от долгого сидения спину, избавилась от верхней одежды и, принюхиваясь к изумительным ароматам свежей выпечки, направилась к лестнице. – Я
дома. И зверски голодна.
- Ужин готов. Сейчас подадим, - обрадованно всплеснули руками женщины и побежали на кухню.
… За каменными стенами свирепствовала метель. В печных трубах ревело, стекла облепили мокрые хлопья. Искренне радуясь своему возвращению до начала урагана, поужинала в компании общительных помощниц, затем проинспектировала угощения и напитки к завтрашнему приёму и, вымотанная до предела, отправилась к себе. Следовало выбрать вечернее платье, туфли и подумать о подходящей прическе.
Я долго стояла перед распахнутым гардеробом, блуждая бесцельным взором от одного наряда к другому и, наконец, остановила свой выбор на платье из нежно-синего шелка с черным кружевом и открытой спиной.
- Пожалуй, примерим.
Мягкая ткань, словно вторая кожа, льнула к моему стройному телу, подчеркивая полную грудь и тонкую талию. Нежная юбка струилась в пол сверкающими складками, визуально увеличивая рост обладательницы.
Погладив нежный шелк большим пальцем, оценив его гладкость и невесомость, еще раз повертелась перед зеркалом, отметила волосы украшенные ниткой с янтарём, и осталась довольна.
- Госпожа, платье изумительное, - призналась Санна, когда тихонько вошла в мою комнату с чашкой горячего чая и вазочкой домашнего джема.
Я улыбнулась, поправляя бретельки на плечах.
У Летты Рейнар был отменный вкус и невероятное чувство стиля. Все наряды, оставленные ею в этих комнатах, по-прежнему не вышли из моды и будоражат мужской интерес. Я имела возможность неоднократно в этом убедиться.
- Приглашенные дамы умрут от зависти, - хихикнула Санна, опуская серебряный поднос на чайный столик и протягивая мне чашечку.
- Тоже так думаю, - призналась помощнице по секрету. Отпила ароматный напиток, ощущая мягкое лимонно-мятное послевкусие на языке, и обратила внимание на обувь. Туфельки из бархата в два ряда стояли на кромке ковра. – Как думаешь, какие лучше всего подойдут к этому платью?
- Вон те, черные. Усыпанные мелкими блестками, - поделилась мнением девушка.
Рассмотрев указанную обувь, решила, что она – в самом деле идеально подходит. Приблизилась с желанием сунуть в туфельки босые ступни и заодно расспросить помощницу об их с симпатичным «великаном»
отношениях, но тут с нижнего этажа донесся шум.
Я и Санна переглянулись.
- Мадам?
- Узнай в чем дело, - кратко велела.
Исполнительная девушка кивнула и метнулась к порогу, но выбежать из спальни не успела.
Едва дернула дверь на себя, в покои вбежал Фредерик, а следом за ним дворецкий и встревоженная кухарка.
- Госпожа, там это, беда!
- Что случилось? Фред не молчи!
- На лесопилке пожар.
От лица отхлынула кровь.
- Пожар?
- Да. Только что получил весточку от Бена. Вот, - охранник протянул запорошенный снегом клочок бумаги. Хлопья растаяли, почерк расплылся, я едва ли разобрала обрывки фраз.
- Едем, - не раздумывая ни секунды, схватила с кресла теплую шаль, набросила на голову и, забыв о смене наряда, в одних тонких чулках и бальном платье выбежала в коридор.
Я сильно рискую, приняв такое решение, но иначе поступить не могу.
- Мадам! – Воскликнули помощницы. – На улице буран.
- Выходить из дома в такую погоду очень опасно!
- Именно на это они и рассчитывают, - обронила, направляясь в сторону лестницы и пытаясь подавить шквал эмоций. – Я испугаюсь метели, останусь дома, а в это время мою лесопилку спалят дотла.
- Они?
- Те, кто объявил мне войну.
«Семейство Дорманов», вертелось на языке, но вслух этого не произнесла.
- Я отвезу вас, мадам, - грозный бас Фредерика нарушил гнетущую тишину просторного холла, куда мы спустились все вместе. За стенами бушевала стихия. Выл ветер, сыпал снег. Но мужчина был непреклонен.
Прищуренный взгляд, бесстрашное выражение лица, руки сжаты в огромные кулаки.
Осознавая – на какую жертву ради хозяйской собственности идёт охранник благодарно кивнула.
- Спасибо, Фред. Готовь повозку.
- Будет сделано.
Он исчез. Я же сделала глубокий вдох, рухнула на мягкий пуфик и дрожащими от напряжения руками натянула на ноги высокие меховые сапоги.
- Госпожа Летта, если на лесопилке пожар, вы все равно ничем не поможете.
- Никто не поможет. Придется ждать окончания метели.
Эмма и Санна до последнего пытались убедить меня одуматься и остаться под защитой каменных стен.
- Нет, - я выпрямилась, разглаживая складки на юбке, надела зимнее пальто, теплые перчатки и – бледная, измотанная и безмерно уставшая, распорядилась: - Как только сможете, сообщите об инциденте Люмьеру. Ну, всё, пора.
- Храни вас боги, - донесся в спину слитный вздох перепуганных женщин, а затем в свои объятия «принял» снежный буран.
Облака сеяли белым маревом. Ледяной ветер скользнул под одежду.
Продрогнув за секунду, миновала ступени и устроилась в подогнанную к самому крыльцу зимнюю повозку. Для внешнего освещения дороги вдоль бортов висело по фонарю. Тусклый свет выхватывал очертания широкой мужской спины и едва различимую колею. Кони били копытами, храпели и трясли ухоженными гривами, отказываясь куда-то ехать.
- Но! Пошли! – Грозный приказ Фредерика невероятным образом подействовал на благородных животных. Кони рванули к главным воротам.
- Мадам? – Из домика привратника возник «великан».
Объяснять Теду что – к чему было некогда. Коротко попросила его особенно чутко охранять поместье этой ночью, дождалась, пока он откроет ворота и, стискивая зубы, отклонилась на жесткую спинку.
Снежный сумрак давил со всех сторон. От мороза стучали зубы.
Ерзая на сидении, чтобы хоть немного согреться, я прикрывала ладонью глаза и всматривалась во мглу, надеясь рассмотреть красные отблески пожара. Мимо, выхваченные тусклым светом, неслись заснеженные поля. Стена снега напоминала плотный занавес. Изредка мрак распахивался – и вдалеке появлялись неясные тени людских поселений и лесные массивы.
- Далеко еще до лесопилки? – Крикнула, когда по ощущениям минуло около получаса.
- Подъезжаем, - успокоил охранник. Натянул поводья и свернул с основного тракта на объездной – узкий и нерасчищенный, проложенный через дремучий лес. – Так будет быстрее.
Сердце царапнул болезненный холод.
По этой дороге давно не ездят. Тем более, глупо съезжать на неё в метель, ведь в случае если – завязнем, просить помощи будет не у кого.
Тревожно кусая обветренные губы, все же доверилась чутью северянина.
Фред – из
