перед нашим прокурором по поводу вышеназванных дел. В этот день мы охотно выслушаем все доводы и оправдания, которые они пожелают сказать. И предупредите их от нашего имени, что если они не подчинятся нашему повелению, мы предпримем против них соответствующие меры. Незамедлительно напишите нам о ваших действиях и об их ответе.
Записано в Венсенском лесу, в 19 день октября, в год 1325».
Лишь только это повеление было передано мессиру Роберу, он сразу собрал всех своих советников и представителей земли Фландрской. Посовещавшись, они постановили выдать графа, согласно королевскому распоряжению. Граф немедленно был выпущен из темницы и уехал к королю. Тем не менее король не отменил вызова в суд для фламандцев, а те не соблаговолили к нему явиться и никого не прислали от своего имени[477]. Поэтому король послал в Сент-Омер военные силы во главе с монсеньором Офуром Испанским[478], монсеньором Милем де Нуайе и маршалом де Три. Тогда госпожа де Куси[479] приехала к монсеньору Офуру в Сент-Омер и попросила его повременить со вторжением во Фландрию, дабы фламандцы и мессир Робер могли провести с ним переговоры. Монсеньор Офур сразу ответил, что не осмелится этого сделать без королевского дозволения, и отослал госпожу де Куси ко двору. Едва выслушав госпожу де Куси, король согласился на переговоры[480] с тем условием, что граф Фландрский и граф Намюрский, как заинтересованные стороны, тоже будут на них приглашены. В придачу к тем сеньорам, которые находились в Сент-Омере, король послал туда мессира Андре Флорентийского (потом он стал епископом Турне)[481] и мессира Пьера де Каньера. Переговоры проходили поблизости от Сент-Омера, в городе под названием Арк. Туда прибыли мессир Робер и представители добрых фламандских городов и кастелянств. Переговоры начались после Факельной недели и длились до Пасхи[482]. В итоге был заключен мир, который, однако, оказался недолгим. В день Пасхи мессир Робер Фландрский прибыл в Сент-Омер и отобедал вместе с мессиром Милем де Нуайе. И был провозглашен мир между королем и фламандцами.
[Глава 12]
О том, как король Франции женился на сестре короля Наварры, а затем скончался в год 1328
В ту пору король Карл вступил в брак. Он взял в жены сестру короля Наварры[483], но уже довольно скоро после того, как умер граф Карл де Валуа, короля скрутила какая-то хворь, от которой он и скончался. Его погребли в Сен-Дени. Этот король совершил мало подвигов в свое время.
[Глава 13]
О том, как мессир Филипп, сын мессира Карла де Валуа, был избран королем Франции
В год Милости 1328 французский престол пустовал, и не было средь баронов единого мнения о том, кому следует стать королем. Наконец, стараниями мессира Робера д'Артуа, дело было доведено до того, что королем избрали мессира Филиппа, сына мессира Карла Французского, графа Валуа.
[Глава 14]
О битве, состоявшейся при Касселе накануне дня Святого Варфоломея, в год 1328
В ту пору фламандцы снова взбунтовались против своего графа и изгнали его из своей земли, несмотря на мир, заключенный в Арке[484]. Тогда король велел известить всех своих баронов, чтобы они присутствовали на его миропомазании в Реймсе в день Святой Троицы[485]. И был он там миропомазан вместе со своей женой-королевой, которая была дочерью герцога Бургундского[486]. Таинство сотворил архиепископ Реймский Гильом де Три[487]. Тогда же граф Людовик Фландрский был посвящен в рыцари. При этом граф попросил короля, чтобы он, ради Бога, сжалился над ним и соизволил ему помочь, ибо его люди не желают ему повиноваться. Король немедленно призвал к себе всех баронов, присутствовавших на миропомазании, и попросил их, чтобы, блюдя свой вассальный долг, они собрались ко дню Святой Магдалены[488] в Аррасе вооруженные и конные, ибо он намерен привести фламандцев к покорности. Все бароны сразу с ним согласились. Затем король и королева отбыли из Реймса в Париж, а все бароны разъехались по своим краям, чтобы подготовиться к походу.
При въезде в Париж королю устроили очень торжественную встречу. Сразу после этого он послал приказ своим вассалам в Лангедок, чтобы все они явились на военный сбор в Аррас ко дню Святой Магдалены. Кроме того, он послал такие большие гарнизоны в Лилль, Турне и Сент-Омер, что теперь там было полным-полно воинов.
Призвав к себе мессира Робера Фландрского, король потребовал от него присяги на верность, а затем приказал ему взять двести латников, отправиться с ними в Сент-Омер и защищать там границу от фламандцев. Графу Фландрскому он повелел отправиться в сторону Лилля и защищать границу между Лисом и Л'Эско.
Когда фламандцы узнали, что король объявил военный сбор, то собрались вместе и увидели, что у них нет сеньора, которого они могли бы сделать своим предводителем, ибо все фламандские дворяне их покинули. Кроме того, фламандцы не знали, с какой стороны король собирается на них напасть. Поэтому горожане Брюгге и Ипра постановили, что все воины из округов Фюрна, Диксмёйде, Берга, Касселя, Поперинге и Вольного Округа будут охранять земли, расположенные ближе к Турне, а воины из Ипра и Куртре — земли, расположенные ближе к Лиллю[489].
Король прибыл в Аррас, но не стал там долго задерживаться, ибо на военном совете он решил, что вторгнется во Фландрию поблизости от Сент-Омера. Выступив в поход, он прибыл в городок Эстре и заночевал там со своим рыцарством. Потом он разбил лагерь между Эром и Сент-Омером и провел там три дня, поджидая отставшие отряды. Наконец, одним субботним утром, он выступил из лагеря со всем своим войском и вторгся во Фландрию, перейдя через Нёф-Фоссе[490] между Бларингеном и Понт-Хазекеном. Французское войско расположилось возле леса, принадлежавшего графу Артуа, и на берегу пруда, который называется Скудебрук и принадлежит аббатству Клермаре.
Сейчас вам будет рассказано, в какой очередности французские полки переходили через Нёф-Фоссе. Первый полк, в котором было шесть знамен, вели два маршала[491] и командир арбалетчиков[492]. За этим полком следовала пехота и весь обоз. Когда маршалы вышли в поле, то сразу указали квартирмейстерам места, где надлежало установить шатры их сеньоров. Затем через Нёф-Фоссе перешел полк графа Алансонского, в котором насчитывалось 21 знамя. Этот полк продвинулся почти до самой горы Кассель и оставался там до тех пор, пока во французском лагере не были
