в лице. Сначала он выглядел растерянным, потом — разъяренным. Чувства сменяли друг друга, но в итоге он закрыл глаза и глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки.
— Дракон прав, Ярослава, — неожиданно каркнул Тео, привлекая внимание нас обоих. — В столице тебе лучше будет. Тепло, уютно…
— Нет, — резко перебила я ворона. Его поддержка Кайла снова начала разжигать во мне раздражение.
— Что… что он говорит? — спросил Кайл, вглядываясь в глаза Тео.
— Неважно, — отрезала я, сверля Тео взглядом.
— Как это неважно? — Тео наклонил голову. — Очень даже важно. Я, между прочим, о твоем благе пекусь. О детях твоих будущих.
— Да что вы все ко мне пристали! Дети… Детям и здесь будет хорошо! Здесь тоже живут и растут дети, я здесь росла!
Я кинула взгляд сначала на Тео, потом на Кайла. Дракон шагнул вперед, заставляя меня тут же отшатнуться.
— Яся, услышь меня, пожалуйста…
— Это ты меня услышь! — Я отступила еще на шаг, вскинув руки, словно защищаясь. — Я не понимаю, чем так плоха эта деревня? Ведь я выросла здесь! И ты полюбил меня. Тогда почему ты считаешь, что здесь настолько плохо? Что это место недостойно твоих детей?
Мы уставились друг на друга. Кайл молчал, тяжело дыша. Я видела, как ходят желваки на его скулах.
Мы стояли и молча смотрели друг на друга, и мне было… так больно. И даже страшно. Страшно от того, что Кайл может сказать в ответ.
— Давай немного остынем, — Его голос звучал сухо и спокойно. — Ты подумаешь, поговоришь с Теодоричем…
— Я не поменяю своего решения.
Кайл еще раз вздохнул.
— Тогда… давай просто подумаем. Вдвоем. Я пойду поставлю вариться мясо, а ты… отдохни. Я уверен, когда мы остынем, вести разговор станет намного легче.
Глава 53
Яся
Как только за Кайлом закрылась дверь, я опустилась на скамью, чувствуя, как отступает напряжение, а вместе с ним уходят и последние силы. Грудь сжимало от целого вихря чувств — таких разных, что я не могла их распутать.
Мне было… больно. Больно от того, что он не понимал меня. Не хотел принять такой, какая я есть. Но еще больнее — от слов, которые я сама ему наговорила.
— Ты, Яся, зря с драконом споришь, — переступил с лапы на лапу Тео, устраиваясь на спинке стула напротив меня. — Сама подумай! Деревня и столица. Там ведь явно лучше.
Боль отступила, уступая место новому приливу раздражения.
— Ты говоришь так, будто был в столице, Тео. Но ты там не был и не можешь знать, что там лучше!
— Зато я знаю, что там кормят досыта и дыры в полу не зияют, — ударил он по самому больному.
— Но у меня там не будет магии! — я повысила голос, хотя понимала, что спорю с единственным существом, которое всегда было на моей стороне. — Я не смогу помогать людям!
— А стоят ли люди того, чтобы им помогать? — Тео склонил голову набок, и его черные глаза смотрели с такой мудростью, что мне стало не по себе. — Всю жизнь они тебя гнали. Обзывали. Всю жизнь ты была для них чужой. А теперь, когда им прижало, они пришли. Но если завтра кто-то снова начнет шептаться за спиной, они снова отвернутся.
— Хватит! — рявкнула я, вскакивая со скамьи. Сердце колотилось где-то в горле. Я понимала, о чем он говорит. Понимала, что Тео и Кайл в чем-то правы. Но признать это — значило предать что-то очень важное внутри себя.
Ту самую часть, что была не просто Ясей, никому не нужной сиротой, а берегиней. Такой же, как мама и бабушка.
— Бабушка верила, что люди добрые! — выпалила я, глядя на Тео в упор. — Она помогала любому, кто приходил просить. Она никого не делила на своих и чужих. Помогала всем! Даже… даже драконам!
В комнате повисла тишина, нарушаемая только мурлыканьем кошек да треском поленьев в печи. Тео молчал долго…очень долго.
— И чем это закончилось, Яся? — наконец тихо спросил он. — Чем это закончилось? Каррр… Ты правда не понимаешь, почему мы с драконом не хотим, чтобы у тебя закончилось так же?
Я замерла. Слова прозвучали как приговор.
«Закончилось так же» — пронеслось в голове, и даже пальцы похолодели. Я вспомнила тот взгляд. Того дракона, выходящего из огня.
— Отдашь всю себя, — продолжил Тео. — А они вышвырнут твоего ребенка на границу, Яся. Оставят здесь. И будут надеяться, что упырь сожрал. Им будет все равно. Потому что ты для них — не своя. Ты была, есть и будешь чужой.
— Хватит! — закричала я, чувствуя, как глаза обжигают слезы. В висках застучало, голова закружилась, и я на миг прикрыла веки, чтобы не упасть.
Почему… почему все, что они говорят, звучит так логично, но при этом так мучительно, так неправильно?
Я открыла глаза и посмотрела на ворона. В его взгляде была любовь. Он не хотел меня ранить, он пытался защитить, как и Кайл.
— Представь, что у тебя отобрали бы крылья, Тео, — тихо сказала я, глядя ему прямо в глаза. — Представь, что тебя заставили бы жить, не взлетая. Не чувствуя ветра. Ты бы согласился?
Ворон застыл, и я видела, как он обдумывает вопрос.
— Ради тебя, Яся, — наконец сказал он, и в его голосе не было ни капли фальши. — Ради тебя я бы отдал крылья. Не задумываясь.
Комок встал в горле. От его ответа стало еще больнее.
— Я… я хочу спать, — прошептала я, отворачиваясь. Потянулась к лавке, начала расстилать постель, лишь бы занять руки, лишь бы не смотреть на Тео. — Устала просто…
— А дракона дождаться? Поговорить?
— Не хочу, — честно выдохнула я, застыв с подушкой в руках. — Нет у меня сил, Тео. И мне… мне нужно время. Я не могу сейчас с ним говорить. Не могу.
— Яся…
— Знаешь, что больнее всего, Тео? — перебила я, укладываясь на лавку и натягивая одеяло до подбородка. — Что ты меня не понимаешь. Совсем не понимаешь. Ни ты, ни Кайл. Вы оба.
— Я забочусь о тебе, глупая, — мягко сказал он, но я уже накрылась с головой,
