думает, что меня можно легко загнать в рамки.
— Я запомню, — хмурится Тимас.
У меня появляется ощущение, что мы вот-вот снова упрёмся в тупик, и я перехватываю инициативу, пробую чай, хвалю, после чего резко становлюсь серьёзной:
— Понимаю, что у тебя нет причин верить мне и, что бы я ни сказала, слова останутся словами, но давай представим, что всё же я говорю правду? Я еду в Восточную академию ради интересной учёбы и жизненных перспектив, которых нет и не может быть у простолюдинки. Беречь твоё родовое имя и в моих интересах тоже. В конце концов, с сегодняшнего дня я тоже Талло.
— Мне не нравится папина авантюра.
— Тимас, верю, тем более мне эта авантюра тоже не нравится. Если правда выйдет наружу, кто пострадает? Твой отец сбросит вину на меня, и ничего хорошего в этом случае меня не ждёт.
— Я…
— Давай на публике ты будешь моим братом, который хоть и не рад появлению незаконнорожденной единокровной сестры, но всё равно ответственный старший? — предлагаю я. — Мне кажется, это лучшее, что мы можем сделать.
— Как младшая незаконнорожденная ты обязана подчиняться мне безоговорочно, — моментально реагирует он, на его лице расцветает улыбка охотника, схватившего добычу.
Только чему он радуется?
Всё-таки братик мне достался наивный.
Я улыбаюсь в ответ:
— Тимас, у меня дурной характер. Всё, что я могу обещать, — это советоваться с тобой. Не требуй от меня большего, иначе я начну спрашивать у тебя действительно о каждом шаге. Поверь, тебе не понравится.
Тимас задумывается. Кажется, до него наконец доходит, как именно я могу вывернуть его же требование — день за днём донимать абсолютно бессмысленными вопросами. Спрашивая, что выбрать на завтрак, в какой очерёдности готовиться к занятиям, сколько книг брать для дополнительного чтения и прочую чушь, я буквально сведу дорогого братика с ума. А ведь нам нечего делить. Вражда навредит обоим, поэтому я мирно наливаю себе вторую чашку чая, очень вкусного.
Из общего коридора доносятся шаги. Я оглядываюсь — вместо подсвеченного рунами серого тумана за окном вокзал. Оказывается, уже остановка? Момент, когда поезд вышел из астрала, я пропустила.
Жаль, что вид на противоположную от платформы сторону…
— Айви, сестра, — окликает меня Тимас, — будет неплохо, если ты уже сейчас кое с кем познакомишься.
— С удовольствием. — Восточная академия не только и даже не столько про учёбу, сколько про знакомства и связи.
Снова шаги, поезд плавно трогается и, ускорившись, входит в астральный туннель, начинается знакомое потрескивание.
— Многие будут смотреть на тебя сверху вниз, — с ноткой злорадства предупреждает Тимас.
— Переживу.
Тимас кивает, поднимается и жестом приглашает меня последовать за собой.
То есть заранее рассказать, с кем он меня познакомит и на что стоит обратить внимание, он не хочет? Советничек…
Или он хочет оценить, на что я способна без подготовки?
Ладно, идём.
Если наш вагон разделён на просторные купе, то соседний превращён в одну большую общую гостиную, выдержанную уже не в синих, а в тёмно-зелёных, болотных, тонах. По обеим сторонам от прохода чередуются мягкие кресла, аккуратные столики, диваны.
Смех и громкие разговоры перекрывают не только треск молний за окном, но и хлопок тамбурной двери.
Как целая толпа шумит одна небольшая компания: человек десять — шестеро парней и четыре девушки. Ещё двое парней устроились в противоположном конце и о чём-то переговариваются между собой.
Именно они нас и замечают.
— Тим! — Крупному бочкообразному брюнету хватает силы голоса, чтобы не крича привлечь всеобщее внимание. — Я не верил, что увижу тебя раньше вечера, думал, что ты оплакиваешь утраченную магию.
— О, Тим? — На нас оглядываются. — Поздравляю с посвящением!
— Мне кажется, если бы глава рода приказал мне пойти на Белый факультет, я бы отрёкся от родового имени. Тим, неужели тебе не было страшно потерять магию?
Какие у братика добрые приятели, по больному бьют наотмашь. А ведь они именно знакомые, а не сокурсники — Тимас, как и я, только начинает обучение. Неужели его вообще никто не поддерживает? Вроде бы с сочувствием смотрит голубоглазая блондинка в костюме сочного лимонного цвета, но при этом девушка отмалчивается, как воды в рот набрала.
Удивляет щуплый шатен. Его вопрос, заданный очень тихо, разом обрывает поток издёвок:
— Калеб, ты бы отказался исполнить почётный долг и предал свою семью?
Названный Калебом вздрагивает:
— К счастью, моя семья не живёт замшелым прошлым, а смотрит в будущее. Уважая традицию, дед отправил на Белый факультет моего кузена, боковую ветвь.
Неопределённо хмыкнув, Тимас щёлкает пальцами, и на его ладони стремительно разгорается магический светлячок, безобидная вариация огненного шара. Вырастив светлячок до размера теннисного мячика, Тимас позволяет магии ослепительно сверкнуть, а затем резко сжимает пальцы в кулак. Светлячок лопается, разлетаются брызги быстро гаснущих искр.
Позёрство…
— Что?! — раздаются возгласы.
— Ты не…
Изумление, отражающееся на лицах, определённо стоило выпендрёжного жеста.
Тимас обводит приятелей насмешливым взглядом:
— Спасибо за беспокойство, но, как видите, я буду полноценным магом. Позвольте представить вам Айвери, мою единокровную сестру. Официальное признание состоялось этим летом, как только Айви отметила совершеннолетие. И как вы уже догадались, на Белый факультет как раз идёт моя дорогая сестра.
— Единокровная? — Блондинка вытягивает шею. Вместо обещанного презрения в её глазах почему-то приправленное радостью удовлетворение. Да, догадка о причине такого отношения напрашивается сама собой.
— Какая очаровательная, — замечает бочкообразный.
Ха? Брошенный в пустоту комплимент отвратителен. Если бы брюнет обратился ко мне лично, всё было бы в порядке, но меня оценили будто куклу, ну или ручную обезьянку, не больше.
Пока что я игнорирую говоруна.
— Рада знакомству, — улыбаюсь я.
— Айви…
— Да? — живо откликаюсь я. Не нравится моя инициатива? Увы, брат, придётся смириться.
— Айви, не волнуйся. — Тимас берёт меня за руку, похлопывает покровительственно и как ни в чём не бывало по очереди начинает представлять каждого из присутствующих, обрушивая на меня водопад имён, статусов, сведений сомнительной ценности, а я запоздало понимаю, что, использовав фразу, которой принято завершать знакомство, я не только нарушила этикет, но и показала себя весьма грубой особой.
Чёрт, вот что значит теория без практики!
Сейчас, сославшись на моё волнение, Тимас сгладил допущенную оплошность. Оказывается, на самом деле с лжебратом мне повезло.
Я сосредотачиваюсь на том, что говорит Тимас, искренне стараюсь запомнить.
— Не стесняйся
