обращаться, Айвери. — Блондинка принимает меня благосклонно. Её зовут Рита, она предпоследняя.
— Мой хороший друг Джейвен, племянник наследника рода Марташ, — представляет Тимас щуплого шатена, успевшего подобраться к нам на расстояние шага.
— Моё почтение, Айвери. Для сестры своего друга я просто Джейв.
Парень вдруг с дивной ловкостью перехватывает мои пальцы из руки Тимаса и на тыльной стороне запястья запечатлевает дозволенный этикетом, но всё равно возмутительно провокационный поцелуй.
Глава 7
Почему мне не пришло на ум заранее намазать кожу перцем?!
Тощий, лопоухий, на вид нескладный, шатен оказывается полон сюрпризов. Нет, он не наглеет, наоборот, отпускает мою руку с самой невинной улыбкой, отступает и завершает своё выступление театрально-карикатурным, почти до пола, поклоном. Смех зрителей шатена не смущает, парень смотрит только на меня одну.
— Я запомню, Джейвен, — отвечаю я, стараясь, чтобы слова звучали нейтрально.
— Почту за честь, — повторяет он.
Вмешивается Рита, она смещается ближе к середине дивана и освобождает для меня достаточно пространства между собой и подлокотником.
— Ты сделала такой трудный выбор, Айви, — обращается она ко мне.
— Не без выгоды для себя, — тут же хмыкает Калеб.
Я игнорирую его выпад, отвечаю Рите:
— В легендах о мастерах прошлого есть своя романтика. Я с ранних лет увлекаюсь историей, и в то же время магии в современном понимании я никогда не училась, поэтому говорить о жертвах неверно.
— Легенды… — презрительно тянет бочкообразный брюнет, имени которого я, увы, не запомнила. — Так ты, Айви, мечтаешь стать равной тем сказочным воительницам? На Белом факультете тебя ждёт заучивание десятков тысяч рун и полное разочарование.
— Я мечтаю получить высшее образование в лучшей академии страны. До посвящения я не умела создать ни одного, даже самого простого, заклинания. После посвящения ничего не изменилось, кроме одного. Я получила не только возможность быть принятой на Белый факультет, но и возможность принести пользу моему отцу, моему роду.
— В библиотеке академии хранится огромная коллекция редких книг о тех временах. — Джейв, с одной стороны, сглаживает остроту нападок, а с другой — целится точно в мой интерес.
— Собрание сказок, — тут же вставляет своё слово Калеб.
Наконец меня оставляют в покое. В конце концов, я, хоть и получила официальное признание, стала одной из Талло, в глазах законнорожденных детей остаюсь второсортной. Разговор рассыпается: кто-то обсуждает события лета, кто-то предвкушает большое празднование на третий день Фестиваля, кто-то сплетничает. Бочкообразный с приятелем отваливаются, Тимас с Джейвом тоже откалываются от общей компании. У девушек своя тема — модные новинки салона мадам Кё. Мне по поводу шляпок сказать нечего, а Рита вовлекается.
Само собой получается, что я остаюсь в изоляции, и тот же Калеб не упустит шанса уколоть.
Я опираюсь на подлокотник, с задумчивым видом отворачиваюсь к окну. Про себя я усмехаюсь. Знал бы бочкообразный, как точно он угадал насчёт воительниц прошлого…
Пустую болтовню и смех я пропускаю мимо ушей. Как нарочно, ничего стоящего внимания не обсуждают, разве что сплетничают о преподавательнице, ведущей магический практикум для первокурсников, но именно меня это как раз не касается, заклинания больше не для меня.
Кожей ощутив чужое внимание, я оборачиваюсь.
— Айвери, — ко мне возвращается Джейвен, — я пообещал Тиму завтра пройтись по территории академии. Я покажу библиотеку, учебные корпуса, а главное, короткие дорожки. Я буду рад, если ты к нам присоединишься. Как насчёт полудня?
— Ты уже бывал в академии, Джейвен? — Ха, я ещё не дала согласия, а он уже спрашивает о времени.
Если бы не упоминание лжебрата, приглашение звучало бы как предложение дневного свидания.
— Я уже на втором курсе. — Джейвен изображает неловкость.
У меня складывается впечатление, что мягкий, явно не по размеру вязанный из песочно-шоколадной пряжи джемпер Джейвен подобрал нарочно, чтобы под маской рохли спрятать ум, характер, хватку.
— Вот как.
— До завтра, Айвери. Увидимся! — Джейв догоняет Тима у тамбурной двери.
Лжебрат уверен, что оставить меня без присмотра хорошая идея?
Я снова отворачиваюсь к окну и в этот раз не пропускаю, как поезд выезжает на перрон, за которым переплетение арок и витых колонн сливается в трёхэтажный дворец, увенчанный короной декоративных башенок.
Остановка в столице длится чуть меньше часа, чем я воспользуюсь. Я поднимаюсь с дивана. Никто не замечает, только Рита чуть растерянно оборачивается:
— Айви?
— Раз выпал шанс, хочу вживую посмотреть на знаменитую фреску, — вру я. Портрет Многоликого Духа я уже видела, впервые столицу посетила как раз ради него.
— Копия есть на Белом факультете.
— Копия не оригинал, — мягко возражаю я.
Рите не интересно, остальным и подавно. Я жду какой-нибудь гадости от Калеба или бочкообразного брюнета, но один уже ушёл, а другой даже презрительным взглядом меня не удостаивает.
Я спокойно иду к тамбурной двери.
Навстречу в проёме появляется эффектная красотка в мятном платье почти того же оттенка, что и моя блуза, и совпадения на этом, увы, не заканчиваются. На мне белый укороченный жакет, на девушке удлинённое полупальто, один в один белоснежное. Даже синий цвет её броши перекликается с цветом моей юбки.
Говоря откровенно, рядом с красоткой я явно проигрываю хотя бы по той причине, что у меня вещи хоть и качественные, но готового пошива, а у неё идеально подогнаны по фигуре и, очевидно, изначально пошиты на заказ. Она выигрывает в подборе украшений, выборе аксессуаров. Чего только стоит клатч в форме серебряной капли с жемчужной нитью вместо ручки.
Красотка проходится по мне бритвенно-острым взглядом с макушки до пят и обратно, в глазах ярость.
Кажется, я нашла проблему на ровном месте. Неужели её не устраивает, что на моём фоне она смотрится ещё эффектнее, а? Со стороны любой скажет, что именно я дешёвая подражательница.
— С дороги, — цедит красотка, хотя я совершенно точно никак не мешаю ей пройти. Замашки не просто аристократки, а какой-нибудь капризной принцессы, которой корона на мозг давит.
Пола пальто едва заметно оттопыривается, из-под неё высовывается очаровательная мордаха, напоминающая кошачью, только глаза медово-жёлтые, мультяшно-огромные и уши не треугольно-острые, как обычно у кошек, а растопыренные, с мохнатыми кисточками на концах. Следом вылезает когтистая лапа вполне кошачьего вида.
Красотка и вправду особенная. Она первая, у кого я вижу призванного духа.
— С-с-с-сш-ш-ш-ш. — В интонациях духа угадываются отборные ругательства. От шерсти начинает исходить голубоватое
