в отделе прежний ажиотаж. Люди быстро привыкают ко всему. К голубым волосам вот, тоже привыкли.
— Хочу похвалить тебя за дело Деклешева, Алина, — сообщает Крылов, когда я вхожу в кабинет. — Мало того, что спокойно выехала на двойное убийство, так еще и раскрыла в дежурные сутки, а сдала за считанные дни.
Обрадовавшись, что руковод не спрашивает о деле Власовой, честно признаюсь:
— Лавры за раскрытие стоит приписывать не мне, Федор Михалыч. Дело раскрыл Семенов.
— Ну а ты в суд направляешь в рекордные сроки, не прибедняйся, — отмахивается он. — Но я тебя вызвал не поэтому. Скажи, Алина, почему ты тогда попросила отправить тебя на осмотр места происшествия по убийству Власовой?
Блин-блин-блин. Крылов догадался. Точно догадался и сейчас заберет у меня Сашино дело. Мысленно кляну себя за медлительность, но внешне остаюсь невозмутимой, решив до последнего сохранять хорошую мину при плохой игре:
— Потому что вы мне одни только темные материалы давали, а я к такому не привыкла. — Неопределенно веду плечом и бросаю взгляд за окно. — Захотелось показать, что я способна на большее, чем сдувать пыль со старых рапортов.
— Хм-м-м, — произносит руковод и почесывает подбородок. — И помощь с делом тебе, стало быть, не нужна?
Чем меньше помощников — тем лучше. Если Федор Михалыч и догадался, то не спешит в этом признаваться. Мой ответ получается торопливым и резким:
— Нет, конечно. — Я уверенно упираю руку в бок: — Может лицо пока и не установлено, но я уверена, что в конце концов выйду на убийцу и привлеку его к ответственности.
— Ладно, — кивает собеседник, но продолжает смотреть задумчивым взглядом до тех пор, пока я не покидаю кабинет.
Тревога за это время успела наточить когти и теперь скребет сильнее прежнего. К чему был этот разговор? От него появляется стойкое ощущение, что в нашей игре с убийцей есть другие игроки. Они бросают кубик вместе со мной и уже наступают на пятки. Поэтому за дело я принимаюсь с таким рвением, что даже Захар опасается лезть с шуточками.
Я заново выписываю все рабочие версии. Рисую таблицы и планы. Сопоставляю свидетельские показания и собственные заключения, но к вечеру продвинуться ни на шаг не получается.
«Отдохни, Ли, — советует Рина. — В таком взвинченном состоянии как сейчас, ты точно никого не найдешь».
От того, чтобы получить в ответ что-нибудь резкое и обидное, Арину спасает звонок телефона. Я за него Тихомирову даже благодарна — не придется потом извиняться за собственную несдержанность. Характер у меня вспыльчивый, но отходчивый. Вряд ли кто-то кроме Ри способен его стерпеть.
— Помнишь, ты обещала мне поход в кино? — напоминает Валя, хотя мне гораздо больше хотелось бы услышать от него новости по дактилоскопии.
Повторяю безэмоциональным эхом:
— Помню.
Обещание было дано под влиянием остаточных ощущений от сна, где я дала такое же Рине. Да и вообще, с момента того разговора столько всего произошло — кажется, что не несколько дней прошло, а несколько лет. Но я совершенно не умею забирать слова назад и привыкла выполнять обещанное даже тогда, когда мне это совершенно не нравится. Тихомиров, сделав вид, что не заметил отсутствия у меня энтузиазма продолжает:
— Сегодня пятница, а в кино — третья часть Железного человека.
— А ещё что-нибудь там показывают? — Хмурюсь, потому что готова согласиться на любой другой фильм, кроме того, на протяжении которого буду занята лишь тем, чтобы выгонять из головы мысли о Семенове.
— Ещё, кажется, какой-то мультфильм. Я уточню. Хочешь?
Не хочу. Я хочу найти убийцу, а не смотреть кино. Но настроение в отделе с самого обеда нерабочее — Тетерин отмечает день рождения и в перерывах между допросами коллеги кочуют из кабинета в кабинет с салатами, бутербродами, тортами и чаем. Поэтому в голове всё смешалось: поздравления, подозрения, торт, убийца, и Костя, который за весь день никак не давал о себе знать.
— Уточни, — соглашаюсь я, понимая, что только что добавила к перечню белиберды в голове еще один пункт — кино. — Я освобожусь в семь.
За десять минут до оговоренного времени машина Тихомирова уже дожидается на парковке. Светочка спускается на крыльце вместе со мной и машет новому ухажеру на большом оранжевом джипе. Взгляд, которым секретарь Крылова одаривает меня — снисходительный и даже немного жалостливый. Сразу видно, что старенький седан Тихомирова её не впечатлил, но чем меньше она будет сплетничать обо в понедельник — тем лучше.
— Нет новостей по дактилоскопическим экспертизам? — интересуюсь я, усаживаясь в машину, вместо положенного вежливостью приветствия.
— Неделя была дурацкая, Алин, — виновато признаётся Валя. — Ещё и дежурю в воскресенье. Но я обещаю — завтра же займусь, честно.
— Ничего. — Я пристегиваю ремень. — Ты не обязан брать мои экспертизы в выходные.
Тихомиров усмехается и выкручивает руль, объезжая перегородивший парковку оранжевый джип:
— Ну должен же я как-то отплатить тебе за то, что согласилась составить компанию. Поэтому завтра осмотрю следы вне очереди и если среди них есть пригодные — значит найдём твоего злодея, не сомневайся.
Это немного обнадеживает. Я принудительно отодвигаю мысли о работе на задний план и всю дорогу в кино мы с Валей разговариваем о фильмах, музыке и городских новостях, старательно избегая тем об убийствах и экспертизах.
Как ни странно, у меня легко получается отвлечься, словно именно вот такой смены обстановки не хватало для того, чтобы немного разгрузить гудящую от работы голову. Кинотеатр находится в новой части города — ослепляющий прожекторами и яркой вывеской. Валя оставляет машину на парковке, и мы вместе поднимаемся ко входу по широкому, посыпанному песком крыльцу — лед на плитках такой тонкий, что счистить его всё равно бы не вышло. В крупных городах для такого используют специальные химикаты, но здесь — всё по-старинке.
— Пойдём, сначала купим билеты, — предлагает Тихомиров и я киваю, но тут же ёжусь, кожей почувствовав за себе чужой взгляд.
«Странно считать чужим человека, с которым ты ещё вчера делила завтрак, диван и планы расследования, — подмечает Ри, молчавшая до этого весь вечер. — И теряла голову от поцелуев».
Глава 26
Разрушенные планы
Darkness — X V I
Поцелуи действительно были чем-то из ряда вон выходящим, но я не теряла голову. Разве что на пару мгновений отпустила
