нужны деньги?
— Эм… — Агата обвела глазами коридор дворца и поняла, что действительно сморозила глупость. Если у него хватило сил и финансов обеспечить такую вечеринку, как сегодня, то явно всё, что она может предложить, покажется Альбеску мелочью на булавки. — Тогда, возможно, вы хотите что-то другое?
— Возможно. — Странный древний подросток успокоился так же резко, как и вспыхнул. — Но я пока не придумал, что это будет. Давай так, госпожа Адрон. Я помогу тебе с ритуалом. А ты… — Он выдержал драматическую паузу, изобразив звуки барабанного туша. — А ты взамен пообещаешь мне какую-нибудь услугу в будущем.
— Нет. — Агата сама поразилась своей категоричности.
— Что значит «нет»?!
— Назовите цену сразу. Даже в сказках, которые я читаю детям, говорят, что нельзя одалживаться непонятно чем.
— Какие продвинутые нынче пошли сказочки, — пораженным голосом прошептал Нику. Затем задумчиво добавил словно самому себе: — Надо почитать. А ведь скоро будет и кому читать, — вампир захихикал, а потом снова обратился к Агате: — А если мы обговорим, что услуга будет маленькая?
— Я должна знать, чего вы хотите.
— Я тут от самого грязного черного сердца спешу помочь, а ты еще и торговаться смеешь! — возмущенно воскликнул Нику, но тут же заулыбался, погрозив ей пальцем. — А ты мне нравишься. Я не попрошу у тебя ничего, что бы не было в твоих силах. Это не будет никому вредить ни прямо, ни косвенно. Ну как?
И он протянул бледную узкую ладонь.
* * *
Вскоре Агата забрала мальчишек (оружие они не разгромили, хоть и пытались) и вернулась в танцевальную залу, ища взглядом мужа. Сердце трепетало, в голове звучали слова Нику Альбеску. Сомнения раздирали на части.
— Агата? — услышала она мужской сильный голос, но это был не Серп…
Макаров.
Мужчина отсалютовал бокалом с вином и приветливо улыбнулся, поздоровался за ладонь с детьми, а те ответили на рукопожатие, даже не интересуясь, кто он такой. Спутницы рядом с ним не оказалось. А может, они вообще пришли не вместе.
— Хорошо выглядишь, — заметил Илья.
— Спасибо. Ты тоже, — потупившись, ответила женщина, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
Её вновь пробрали сложные неоднозначные чувства. Этот мужчина умел будоражить что-то внутри, что-то недопустимое и совершенно иррациональное. А ещё смотрел на неё так пристально, что захотелось скрыться. В его взгляде легко исчезнуть, потеряв саму себя.
Он как в издевку появлялся всякий раз, когда у Агаты и Серпа что-то не ладилось. Будто проверка их чувствам. Будто попытка сломать выдержку Агаты.
Но не сейчас, когда она в третий раз стала матерью, когда почти смирилась с работой Серпа и приструнила свой характер. Больше нет места для сомнений.
— Прости, нам надо уходить, — сказала Агата извиняющимся тоном, а Макаров не успел ответить, потому что из-за спины раздался сухой голос Серпа.
— Илья Валерьевич, какая встреча. Что же вы здесь забыли?
— В целом «здесь» или конкретно «рядом с твоей супругой»? — Макаров обвел руками залу.
— И то, и другое.
Серп встал рядом с Агатой, не позволяя ей быстренько улизнуть, не вмешиваясь в их перепалку. Его ладонь легла на талию жены, заявляя права.
— Знаешь ли, древние вампиры не злопамятные и рассылают приглашения даже тем, кто однажды подвел их доверие, — хмыкнул Илья. — Что касается Агаты… мы давние знакомые, я увидел её в толпе и посчитал своим долгом поздороваться.
— Поздоровался? Тогда убирайся.
В тоне мужа читалась явная ревность. С одной стороны, это радовало, а с другой — пугало. Вдруг он опять начнет упрекать её в неверности? Хотя она, между прочим, даже разговор не стала заводить!
— Серп, да не переживай ты, вашему крепкому браку ничто не угрожает. — Макаров переступил с носку на пятку. — Я не собираюсь выкрадывать Агату. Просто поздоровался. Тебе бы таблеточек каких-нибудь успокоительных попить, дружище.
— Спасибо за твою заботу,дружище, — последнее слово он выплюнул с омерзением, — но я сам разберусь. Дорогая, пойдем.
— Кстати, если вам интересно: я перевожусь в другой город. Думаю, больше не буду мозолить глаза. Но, между тем, — насмешливо добавил Илья, — не могу сказать, будто не был рад напоследок увидеть Агату.
Серп скрежетнул зубами. Ощущалось, что он близок к срыву. Но устраивать разборки посреди вампирского пиршества хотелось меньше всего.
— Идем, у меня в горле пересохло, жутко хочу выпить чего-нибудь, — шепнула Агата мужу на ухо и, не прощаясь с Макаровым, подгоняя детей, поспешила скрыться в другом углу огромного помещения.
Почему-то при словах о переезде внутри нее что-то екнуло. Захотелось спросить: «Куда? Надолго? Неужели насовсем?» — но, разумеется, она смолчала.
Ты сделала свой выбор, Агата. Никакой дружбы с Макаровым.
* * *
Серп расслабил галстук и стянул его резким движением.
— Ничего не имею против балов, но не до четырех же утра, — фыркнул он, поглядывая на утомленную жену.
Агата смывала макияж. Они только-только вернулись домой и уложили спящих детей по кроватям. Мальчишки сдались ближе к полуночи, прикорнули на диванчике, и Агата остаток вечера просидела рядом с ними, периодически отыскивая глазами среди танцующих пар мужа, который общался то с одним, то с другим представителем нечисти.
Какое же счастье, что наконец-то можно выдохнуть. Снять неудобное платье, выбросить подальше каблуки.
Они и так уехали сильно раньше конца мероприятия, где-то в полночь — Серп сжалился над семьей и не остался до последнего. Да и верхушка гостей, самая элита, начала потихоньку расходиться. Кажется, Нику Альбеску намеренно затянул торжество, чтобы утомить всех без исключения. Кроме своего братца, разумеется. Тому-то плевать, хоть неделю веселитесь. Он всё равно бессмертный.
— Что-то никак пуговица не расстегивается, — вздохнула Агата, нервно дергая за ту. — Как специально. Да чтоб тебя! Сейчас разрежу, и дело с концом.
— Подожди, не порть платье, — усмехнулся муж, подходя к ней. — Я бы посмотрел на тебя в нем… в домашней обстановке. Дай помогу.
Он схватился за пуговицу, но Агата одновременно с этим уже махнула маленькими миниатюрными ножничками. Те впились мужчине прямо в ладонь. Глубоко. Потекла кровь, алыми слезами закапала на пол и на трельяж, за которым сидела Агата.
— Ой, прости, пожалуйста! Я задумалась и совсем тебя не услышала, — едва не плача, сказала она, хватаясь за салфетку и прикладывая к ране. — Сейчас, где-то был
