class="p1">– Полученный опыт говорит о том, что мне стоит держаться подальше от древнего бога.
– Вы продолжаете повторять те же ошибки, что и с моей тенью…
– Прошу, перестаньте упоминать при мне наследного принца. В конце концов, это нетактично.
Выдерживаю прямой взгляд древнего бога.
– Когда Тао советовал вам избавиться от печатей на памяти…
Перебиваю его, повысив голос:
– Я еще раз прошу древнего бога перестать упоминать наследного принца!
– Похоже, вы так и не усвоили вчерашний урок…
– Вы – не Тао! И не имеете права цитировать его изречения в моем присутствии. Только не вы!
– С вашим упрямством… – Бао Чжань замолкает, явно пережидая приступ холодного гнева; затем медленно переводит взгляд на Синь Шэня. – Мне кажется, теперь я просто обязан наказать господина Лин Хуна за кражу древней техники моего рода.
Так лис выкрал эту технику из архива Летописца?
Ну конечно… как бы еще он заполучил ее…
– Я уже сказал, что готов понести за это наказание, – поднимает голову гэгэ. – Однако в этот раз древнему богу придется очень постараться, чтобы всерьез навредить мне.
– Вы дважды наносили вред Высшей Богине, забирая значительную часть ее воспоминаний. Не думайте, что расплата будет легкой, – холодно предупреждает его Бао Чжань.
– Но ту древнюю технику… – неожиданно подает голос Юби, отделяясь от толпы учеников.
Мы с Синь Шэнем одновременно рявкаем на нее:
– Молчать!
Если древнейший узнает, что лисички выкрали технику у своего дяди…
Даже думать не хочу, как Бао Чжань воспользуется таким козырем. И в какой опасности окажется весь лисий клан.
– Ученики! Немедленно покиньте холм Первых Шагов! – требую я, не отрывая глаз от древнего бога. – Что касается вас… Прежде чем вы начнете наказывать моего друга за нанесенный мне вред, потрудитесь объяснить: какое отношение древнейший имеет к этой богине? Вы заявляетесь в мою долину, запугиваете ее обитателей, ведете себя как завоеватель, но прикрываетесь словами о том, что защищаете меня. Не находите, что это недостойно древнего бога, прославленного в легендах?
– Я бы уже давно объяснил все Высшей Богине, если бы она захотела услышать это объяснение. Но мы ходим кругами, стараясь не касаться ваших болезненных воспоминаний… – Бао Чжань вдруг прищуривается, а температура вокруг вновь начинает стремительно опускаться. – Похоже, предоставить вам время было в корне неверным решением.
– Вы не снимете ее печать насильно! – первым догадавшись, что собирается сделать древний бог, восклицает Синь Шэнь.
– Что?! Вы не посмеете! У вас нет на это права!
– Я действительно устал повторять, – спокойно произносит Бао Чжань, степенно склонив голову набок, – что имею все права на участие в вашей судьбе. Но, похоже, мне придется объяснить вам наглядно…
А в следующее мгновение на моем запястье появляется аккуратный порез, из которого вырывается гибкая струя крови и по воле древнего бога мчится к нему, запечатываясь в бледном ритуальном рисунке, проявляющемся на его гладкой белоснежной коже. Еще секунда – и древнейший оказывается подле меня, отпечатывая свою собственную кровь на моем лбу и вновь пробуждая угасший было узор…
– А-Юэ! – слышу крик лиса. Он рванулся ко мне, но его отшвырнул в сторону воздушный поток.
– Только не снова!!! – одновременно с ним звучат голоса Бию и Юби, так и не покинувших холм Первых Шагов вместе со всеми учениками…
– Как вы посмели… – Пораженный выдох – это единственное, что вырывается из меня, когда спустя краткий миг все заканчивается.
– Ты так и не поняла? Это ты возродила меня. Твоя кровь защитила меня, позволяя моей тени вернуться в тело, когда была активирована кровавая печать духа. Вот почему ты испытывала ту невыносимую боль – в тот момент ты буквально вырывала частицу моей сущности из-под древней техники через этот ритуальный рисунок на твоем лбу… Наша связь активировалась в момент смертельной опасности и дала мне шанс выбраться из ловушки, в которой я оказался, – возвышаясь надо мной, сурово произносит Бао Чжань.
Но в этой суровости я ощущаю странную мягкость древнего бога по отношению ко мне.
И это становится последней каплей…
Впервые за всю свою долгую жизнь я позволяю силе взять верх, высвобождая древнюю сущность – свою истинную форму гигантской белой змеи древнего королевского рода. Заполняя собой все пространство холма Первых Шагов, не замечая, как Синь Шэнь успевает подлететь к своим племянницам и утащить их подальше от разъяренной Высшей Богини… я возвышаюсь над тем, кто посмел оскорбить меня…
В этот момент я желаю лишь одного – уничтожить! Подавить! Поглотить!
Бао Чжань взлетает в небо, оказываясь прямо напротив моих глаз.
– Это твой первый раз. Ты будешь отдыхать около недели… Я очень горжусь тобой, Инь Юэ, – протягивает он ко мне руку, и мое яростное желание убивать куда-то пропадает…
Взамен приходят сонливость и осознание, что, кажется, я потратила все свои силы на это высвобождение… Прямо как молодая неопытная бессмертная… совершила такую глупость… свой первый оборот в истинную форму гиганта, обретенную еще во время завершения испытания в смертном мире две с половиной тысячи лет назад…
Какая чудесная сила… такая родная… и вся моя… Почему я не использовала ее раньше?..
Просыпаюсь я уже в своей кровати и сладко потягиваюсь. Прислушавшись к себе, осознаю, что спала неделю. И что за эту неделю моя энергия гармонизировалась, а силы, раньше напоминавшие полноводную, но все же речку, – теперь ощущаются как глубокое море. Я так долго ограничивала себя, не высвобождая свой истинный потенциал, что уже привыкла к определенному потолку, в какой-то момент всерьез решив, что это и есть мой предел.
Как же я была не права.
Широко улыбнувшись, встаю с кровати, иду умываться, привожу себя в порядок, открываю дверь, желая найти лиса и узнать, чем закончилось наше столкновение с древним богом… и останавливаюсь…
Потому что Синь Шэнь стоит перед домом, спиной ко мне, и смотрит куда-то вдаль.
– Ты заходить не собираешься? – насмешливо спрашиваю я.
Лис медленно оборачивается и смотрит на меня:
– Если бы я мог, то зашел бы еще семь дней назад.
– Не понимаю, – признаюсь, чуть сведя брови, но все еще продолжая улыбаться.
– Вход в твой дом отныне мне запрещен, – произносит Синь Шэнь со спокойным выражением лица, а с моего лица медленно сползает улыбка.
– О чем ты говоришь? – Выхожу за порог, разворачиваюсь, ощупываю строение своей силой и понимаю, что на нем стоит защита на вход… – Это что, шутка?!
– Если так, то у древнейшего странное чувство юмора, – отзывается гэгэ.
– У древнейшего… – Замолкаю, сообразив наконец, кто мог сделать нечто подобное с жилищем Хозяйки Шелковой долины, – Бао Чжань установил защиту на вход в мой дом?!
