работать – останется. Тем более что у нас теперь тут земли прибавилось, – добавил он, лукаво усмехнувшись.
– Царица небесная! А арапа-то откуда взял? – охнул старик, разглядев Нгосу.
– Так с галеры, – развел Сашка руками. – Не бросать же его в поле. Все живая душа. К тому же еще и крещеный. Кстати, он из тех же мест, откуда был дед нашего господина Пушкина, Александра Сергеевича. Абиссинец, как и сам Ганнибал. Так что у царя Петра Великого свой арап был, а у меня свой будет, – гордо подбоченившись, с улыбкой заявил Сашка.
– Ох, Саша, – рассмеявшись, покачал головой князь. – Доведет тебя однажды твой язык до беды.
– Или до Киева, – тут же отшутился парень.
* * *
Двигатель натужно загудел, и большой полукруглый кузов начал подниматься. Внешне он напоминал половинку разрезанной вдоль бочки. Именно так в первом Сашкином детстве выглядели кузова самосвалов на базе грузовика ЗиЛ-130. Сырая глина с глухим чавканьем плюхнулась на землю, и мотор сменил тональность. Обороты упали до холостых, и кузов начал медленно опускаться.
– Работает! – восхищенно ахнул Алексей Михайлович. – Работает, Саша!
– А куда оно денется, деда? – усмехнулся в ответ парень, обнимая деда за плечи.
У него снова получилось. Первый самосвал, с тросовым подъемником был придуман и воплощен в жизнь именно им. Рама с полиспастом плавно легла на кузов, и грузовик, рыкнув мотором, покатил в сторону карьера. Кирпичный цех, который уже начал задыхаться от изобилия заказов, получил свой собственный грузовик, который и будет обеспечивать его глиной. К огромному удивлению самого парня, все его начинания в этой действительности работали и приносили стабильный доход. Этому факту Сашка регулярно поражался сам, ведь в прошлой жизни никакой тяги к коммерции он не испытывал. А тут как наворожил кто-то.
Идею сделать для своих целей пару грузовиков возникла давно, но все руки не доходили, а тут, узнав, что предприятие теряет реальные деньги только потому, что не хватает элементарной механизации, парень взялся за дело. Готовый мотор на двенадцать цилиндров у него уже был. Заказать подходящую раму не проблема. Осталось слепить на коленке редуктор заднего моста помощнее, да тем же макаром сляпать подходящий редуктор отбора мощности для управления тросовой лебедкой.
В общем, две недели мата, проклятий и тяжкого труда, и грузовик начал работать. Да, масло текло из всех щелей, воняло и горело все, что только могло, но он работал. Глядя на это убожество, по меркам самого Сашки, он понимал, что умудрился на пустом месте создать маленький индустриальный центр. Для Алексея Михайловича же этот грузовик стал настоящим чудом. Удивленно разглядывая машину, он только головой качал, оглаживая бороду и поглядывая на Сашку с нескрываемой гордостью.
– Ты о чем опять задумался, Саша? – спросил он, подходя.
– Да так, – отмахнулся парень. – Думаю, из чего толковые прокладки делать, а то из каждого механизма смазка течет так, что смотреть страшно.
– А что для того требуется? – заинтересовался князь.
– Резина хорошая, – вздохнул парень. – Да только та, что сейчас делается, слабовата, а как нужную делать, я не знаю.
– Что значит сейчас? – зацепился князь за ключевое слово.
– Да не умеют у нас пока толком с резиной работать, – выкрутился Сашка, мысленно отвесив себе подзатыльник. – Не научились еще. Колеса, и те чуть мягче деревянных.
– Ну, не все сразу, – понимающе вздохнул старик. – Что еще делать собираешься? – сменил он тему.
– Нужно бригаде каменщиков механический смеситель сделать, чтобы им не лопатами раствор мешать, – задумчиво протянул Сашка. – А то строить нам теперь много предстоит. И думаю, в имении дороги толковые сделать. А то пыль эта уже надоела.
– Толковые это как? – тут же потребовал князь ответа.
– Каменным гравием засыплем и морской водой польем, а потом тяжелым валом укатывать станем, – вздохнул парень, вспоминая, как делается самый простой грейдер.
– Ох, и намудрил, – покрутил старик головой.
– Да там все просто. Только вал специальный заказать надо. А воды морской у нас вон, море разливанное, – усмехнулся Сашка, кивая в сторону лимана.
Его стенания по поводу большой стройки имели под собой серьезное основание. Все освобожденные с пиратской галеры рабы изъявили желание остаться в его имении. Даже иностранцы, чего Сашка никак не ожидал. Только пилигримов езидов ему пришлось отправить в ближайший монастырь. Как-никак служители культа, и сажать их на землю было бы неправильно. Возиться же с проблемой их перемещения обратно на Ближний Восток у него не было ни времени, ни желания. У святой братии с этим вопросом разобраться быстрее получится.
Голландцы сразу же заявили, что хотят построить молочную ферму и варить сыр, португальцы организовали рыболовецкую артель, ну а православные как всегда, кто в лес, кто по дрова. Шестеро мужиков вдруг вспомнили, что были раньше каменщиками, и предложили парню организовать свою собственную строительную артель. Кто-то сразу решил стать очередным арендатором, а были и такие, кто начал возрождать свое ремесло.
Обеспечив всех необходимыми материалами, инструментом и скарбом, Сашка передал крестьян в ведение агронома и занялся решением главной проблемы. Изготовлением строительных материалов. Что ни говори, а строить в степи из дерева дорогое удовольствие, а саман не долговечен. Так что пришлось с головой погрузиться в решение текущих проблем. Но теперь можно было вернуться к тому же, что его удивило больше всего.
Спустя три дня после уничтожения галеры Захар, спросив у него разрешения, привел в кабинет двух мужчин. Оба лет тридцати пяти – сорока. Крепкие, явно тертые и битые жизнью. Один, с рыжеватой бородой и серыми, словно туман, глазами. Второй, гибкий, словно свитый из жил, с мелкими, незаметными чертами лица. Словно никакой, подумал про себя Сашка, рассматривая мужика.
– Вот, ваша милость. К тебе просились, – прогудел Захар, указывая на них.
Внесший в кабинет поднос с чаем Нгоса окинул мужчин быстрым взглядом и, кивнув каким-то своим мыслям, принялся накрывать на стол.
– Присаживайтесь, в ногах правды нет, – разрешил Сашка, прикидывая, чего от них ожидать. – Рассказывайте, с чем пришли.
– Тебе служить хочу, князь, – гортанно проговорил мужик с рыжей бородой, неожиданно бухнувшись на колени. – Ты от смерти спас, ты накормил, ты одежда дал. Тебе служить хочу, – повторил он.
«Да он с Кавказа!» – сообразил Сашка, едва услышав его выговор.
– Ты ведь черкес. Как в рабстве оказался? – удивленно спросил он.
– Все расскажу, князь, как перед Аллахом, – пообещал мужик, бухнув себя кулаком в грудь.
– Да ты присядь, – улыбнулся парень. – Я не икона и рабов у меня нет, так что на коленях передо мной стоять не надо. Просто присядь и расскажи, кто ты, откуда, как в рабстве оказался. Я ведь помню, что мусульмане
