виновата в трагедии она, Венди. Долгие годы все находились в неведении – только потому, что Венди не могла посмотреть правде в лицо. Неужели все это время она лгала самой себе?
Венди еще сильнее сжалась в комок. Она спрятала лицо в коленях, а пальцы – в волосах. Рыдания сотрясали ее – глубинные и неконтролируемые.
Она подумала о мистере Дэвисе в яркой красной куртке, пьяном и спотыкающемся о тела Джона и Майкла.
Мистер Дэвис. Она едва могла поверить в это. Он застрелил Джона и Майкла. Он убил их и за все это время так и не признался в содеянном. Венди почувствовала себя совершенно больной. Как добр он был к ней все это время – узнавал, как у нее дела, платил сверх положенного, когда она сидела с его сыновьями, чтобы она могла накопить денег на колледж. Он пытался загладить так свою вину?
Гнев вспыхнул в ее сердце. Он был другом ее отца. И он заставил ее и ее родителей страдать. Траур по братьям растянулся на пять лет. Мистер Дэвис не только отнял у них Джона и Майкла, но и утаивал от них правду, лишал возможного утешения. И это раскололо ее семью на части.
Она была не единственной, кто лишился Джона и Майкла. Ее родители тоже страдали и страдают до сих пор. Венди потеряла не только братьев, но и ощущение того, как мать успокаивающе поглаживает ее по спине, когда ей грустно. Она потеряла отца, жесткого, но доброго, который обсуждал с ней ее проблемы и плохие сны. А теперь ее родители были лишь призраками самих себя. Из дома Дарлингов исчезли свет и смех. Детство Венди кончилось в тот день, когда она с братьями пошла в лес.
А теперь еще четыре семьи будут страдать так же, как страдает ее семья. Еще четыре семьи будут оплакивать потерю детей, не зная ответа на вопрос, а что же с ними сталось. Еще пять детей, похищенные и удерживаемые тенью, пребывающие в страхе и кормящие ее, придающие ей таким образом сил, будут пропавшими.
Двое из них – собственные сыновья мистера Дэвиса. Казалось, Венди должна была бы радоваться этому – ее должно было бы утешать, что он вынужден будет пройти через то же, что и ее родители, – но радоваться не получалось. Мэтью и Джоэл были хорошими мальчиками. Они не заслужили того, чтобы до конца жизни быть погруженными в беспросветный кошмар из-за преступления их отца. То безумие, в котором пребывала Венди, та ярость и желание отомстить, которые она испытывала по отношению к мистеру Дэвису, все же не позволяли ей желать таких страданий никому, даже самому заклятому врагу.
Она знала все о пропавших детях, знала их семьи. И не могла остаться в стороне и позволить этим семьям страдать. Она не сделает этого.
Венди отказывалась махнуть рукой на них и на Питера.
Она заставила себя сесть, от рыданий ее одолевала икота. Она провела ладонью по глазам.
Питер лгал ей, но он пытался спасти пропавших детей, приводя их в Нетландию. Это было гораздо труднее, чем раньше представляла себе Венди. Каково это – смотреть на страдания детей? Оставаться там, чтобы направлять души тех, кому был уготован такой ужасный конец? Стараться избавить этих детей от страха, принести им счастье, чтобы они могли оказаться на другой стороне? Питер изо всех сил пытался заботиться о них. А Венди мешала ему.
Ничего удивительного, что все на острове начало приходить в упадок. Ведь Венди была единственной живой девочкой в Нетландии.
И у Питера возникли к ней чувства.
Все внутри у Венди дрожало, она прижала кончики пальцев к губам. Воспоминание о лице Питера так близко от нее, испуганном и взволнованном, наполнило ее теплом. Она подумала о его сияющих глазах. О том, как они начинали косить, когда на его лице появлялась улыбка, широкая и невозмутимая. Венди вспомнила о его добром отношении к Алексу, о том, как он играл с Кассиди, и о его прямом, решительном взгляде, когда он разговаривал с ней самой.
Она должна все исправить. Должна остановить тень и спасти детей. Должна спасти Питера. Без него пропавшие дети так и останутся пропавшими. Ее братья никогда не смогут обрести покой.
Венди было очень страшно, но она не собиралась сдаваться. На этот раз она не подведет Джона и Майкла. С трудом поднявшись на ноги, она поковыляла в ванную комнату. Швейный набор так и лежал на бортике ванны, где она оставила его, когда несколько дней назад чинила свои джинсы. Она взяла его и положила в карман.
Глубокое, спокойное дыхание наполнило ее легкие. Она крепко сжала в кулаке желудь, висящий на ее шее.
Не важно, чего ей это будет стоить, но она положит конец этому кошмару. Она будет сражаться.
Глава 21
Пропавшие в лесах Нетландии
Венди бежала по лесу. Перепрыгнув через забор и углубившись в чащу, она окунулась в совершенно новый для нее мир. Лес был темным и состоял из узловатых деревьев, вздымающихся теней и звуков, издаваемых существами, которых она не могла видеть.
Ее сердце отбивало какой-то безумный ритм, кровь стучала в висках. Ветви деревьев стонали и раскачивались. Порывы ветра запускали свои холодные пальцы ей в волосы. Один лишь бешеный темп не давал ее ногам запутаться в коварных лианах или упасть на землю.
Магия тени сочилась по лесу и обращала его в кошмар, он становился все ужаснее с каждым шагом Венди. В венах бушевал адреналин, потому что краем глаза она видела, как ее нагоняют черные пятна.
Тени неслись за ней огромными скачками и громко кричали, наступали на пятки. Они вынюхивали ее, пытаясь окружить, словно дикие звери. Толпились вокруг, стараясь сбить с пути, но Венди продолжала бежать, заставляя себя увеличивать темп, когда они подбирались совсем близко.
Создавалось впечатление, что луны и звезд не существует в природе. Все вокруг казалось совершенно незнакомым. Она не знала, где находится и куда бежит. Венди понятия не имела, приближается она к дереву или же лес, замыкаясь в кольцо, заставляет ее бегать по кругу. Она не позволяла себе отвлекаться на любые, даже малейшие движения, которые могла уловить краем глаза.
Венди, передвигаясь по лесу, руководствовалась исключительно интуицией. Лес был теперь совсем другим, но ее ноги, казалось, знали, куда бежать, и несли ее, перепрыгивая через упавшие деревья, оставляли позади склоняющиеся над землей ветки. Ее тело, обладающее мышечной памятью, знало
