к тебе. К дракону. Знала, что ты можешь ее убить, сжечь, растерзать — и все равно шла. Ради тебя. Разве это не любовь?
Я закрыл глаза.
Моя Яся… Она не побоялась. Она пошла к своему самому большому страху. Ради меня. Чтобы спасти меня…
— Это я должен был спасать ее, — прошептал я. — Я дракон. Я сильный. Я должен был защищать, а не…
— А меня Анна спасала, — перебил Яромир. — Ты знаешь, кем я был, когда она нашла меня в этой деревне? Разбитым, сломанным, калекой. Я ее выгонял, отказывался есть. А она… Она говорила, что если не стану, она меня свяжет и будет кормить силой.
Яромир улыбнулся — в нем было столько тепла, когда он говорил об Анне. И это неудивительно, Анна была… необыкновенной. Именно она спасла Ясю. Она отдала ей всю свою магию, почти до капли. Если бы не Анна… Яся бы точно умерла тогда.
— Анна выхаживала меня сутками, терпела мои капризы и никогда — слышишь? — никогда не винила меня в том, что я был слабее.
Я кивнул.
— Не стоит недооценивать женскую силу, Кайл. Женщины гораздо сильнее, чем нам кажется. Их сила — в их любви. Ради любимых они остановят даже дракона.
Точно… Даже дракона…
— Я готов на все, — сказал я. — Все, что угодно. Лишь бы она открыла глаза. Но… Я не могу сделать ничего. Это бессилие хуже всего на свете.
Яромир хлопнул меня по плечу.
— Ты делаешь все. Сидишь здесь. Держишь за руку. Говоришь с ней. Она слышит тебя, Кайл. Я знаю — слышит. Она знает, что ты рядом. Что ты любишь ее.
Я сглотнул ком в горле. Мне так хотелось в это верить.
— Спасибо, — сказал я. — За поддержку.
— Мы еще погуляем на свадьбах, — улыбнулся Яромир, вставая. — И потанцуем. Я обещал.
Яромир смотрел с надеждой, и я снова кивнул, не зная, что сказать. Я безумно хотел верить в каждое слово, но… я так боялся. Боялся, что все это счастье, свадьба — все это вот-вот превратится в прах и сердце Яси просто перестанет биться.
Яромир оставил нас двоих.
Он вышел, тихо прикрыв дверь.
Я поднял руку Яси, поднес ее к губам и поцеловал.
— Я люблю тебя, — сказал я, надеясь, что она услышит. — Так сильно, что словами не передать. Когда ты проснешься, я сделаю все, чтобы ты была счастлива. Только проснись, пожалуйста.
Слезы текли по щекам, против воли.
— Я знаю, что виноват перед тобой. Знаю, что… что недостоин даже просить тебя. Но я умоляю — дай мне шанс… Я не могу без тебя, Яся. Ты — моя жизнь. Мое сердце. Моя душа.
Я сжал ее ладонь.
— Пожалуйста…
Стук ее сердца успокаивал. Держа ее руку, я чувствовал пульс. Для меня это было тем якорем, который держал меня в этой жизни.
Я закрыл глаза и вздохнул. Время было не лучшим союзником: чем больше Яся спала, тем больше была вероятность, что ее сердце остановится. Поэтому каждая минута была наказанием и в то же время… эта минута была.
Ведь Яся еще была… здесь… И я мог только лишь благодарить богов, что это время у меня есть.
Тяжелое, болезненное, мучительное, но… рядом с ней.
Пальцы Яси дрогнули.
Я открыл глаза и тут же посмотрел на руку. Но она была все так же расслаблена и спокойна. Я посмотрел на лицо… Бледное, с закрытыми глазами.
Неужели… показалось? Уставший мозг выдавал желаемое за действительное?
Но пальцы дрогнули снова. Слабое, едва заметное движение.
Я замер.
Боялся дышать. Боялся пошевелиться. Боялся спугнуть это мгновение. Боялся, что вот-вот ее сердце перестанет биться. Я перевел взгляд с руки на ее лицо и… абсолютно забыл, как дышать.
Ведь ее зеленые глаза смотрели прямо на меня. И она… она улыбнулась. А ее ладонь сжала мою.
— Я тоже… — прохрипела она.
Глава 77
Яся
Я открыла глаза, и первое, что я увидела, — это он. Мой дракон. Мой Кайл…
Он сидел рядом, сжимая мою руку. Его лицо было бледным, осунувшимся, под глазами залегли глубокие тени.
А потом он заметил меня и… замер, как испуганный зверь.
— Я тоже… — прохрипела я.
Я попыталась договорить, что тоже… тоже люблю его. Но закашлялась. Во рту пересохло.
— Яся, — тут же поднялся на ноги Кайл. Он взял графин со стола, налил воду в бокал и поднес его к моим губам.
Я припала к бокалу и почувствовала… почувствовала, что рука Кайла дрожит. Всего мгновение, но он тут же взял себя в руки.
— Спасибо, — сказала я и накрыла его руку своей. Я улыбнулась, а он… он был все так же серьезен, но в его взгляде читалась буря.
— Я позову Анну, — сказал он твердо. — Она осмотрит…
— Со мной все хорошо…
— Яся…
— Все хорошо, Кайл. Я здорова. Смотри, — я протянула руку, и из нее полились зеленые искорки. Они тут же потянулись к Кайлу. Он закрыл глаза и вздохнул — глубоко, с таким облегчением, что у меня сжалось сердце.
— Кайл…
— Ты вернулась, — сказал он, открывая глаза. Он посмотрел на меня так, словно не верил сам себе, словно боялся, что это видение исчезнет.
— Я вернулась, Кайл. Я здесь. Я рядом. Я… все теперь будет хорошо.
Кайл поднес мою руку к своим губам, задержал ее у лица, прижимаясь к моей ладони. Я чувствовала, как бьется жилка у него на виске, как напряжены его плечи, какую невероятную силу воли он прилагает, чтобы сдержать рвущиеся наружу эмоции.
— Яся, — только и сказал он хрипло, но я видела… видела, как он хочет сказать больше. А потом он произнес:
— Прости меня.
Он поднял глаза, и в них было столько боли, что у меня перехватило дыхание.
— Ты не виноват, — твердо сказала я.
Он замер, вглядываясь в мое лицо с почти болезненной пристальностью, словно пытаясь найти в моих словах ложь или сомнение.
— Ты… помнишь, что произошло?
Я кивнула.
— Я… лишил тебя… Я… Тео… — голос Кайла стал жестче, но я видела, как тяжело ему даются эти слова. Он злился на самого себя.
Я поняла, что он хотел сказать, и тут же подалась вперед:
