Бог или Ученик.
– Ладно, – уступил Мюрр. – Тогда давайте по-простому. В одном из миров от имени дейвов организуем восстание, будем призывать свергнуть Богов и установить культ Проклятых.
– Не годится. Дейвы моментально вмешаются и прекратят восстание. Да еще и принесут свои извинения амечи.
Мюрр задумался.
– Есть другой вариант, – наконец предложил он. – Давайте сделаем нечто необычное, дурацкое, непонятное, что привлечет внимание амечи, но не насторожит их. Пусть они удивятся, захотят разобраться, в чем дело, и пришлют кого-нибудь посмотреть, что происходит. А мы убедим посланника, что все это происки дейвов.
– И что же необычного мы можем сделать?
– Хм… Пусть в одном из миров появится… скажем, Черный Чародей. Он создаст какую-нибудь идиотскую веру, будет призывать смертных поднять восстание против Богов, но не в пользу Проклятых, а кого-нибудь нового…
– Пусть это будет новое верование. Что-то вроде Сияющих Звезд или Бессмертного Дуба, – подхватил Творец. Ему идея понравилась. – Или Вечной Волны, или…
– Темных Небес, – предложил Мюрр. – Звучит красиво. Опять-таки близко к правде, ведь «мир Темных Небес» фактически уже существует – это родина джигли.
– Пусть будут Небеса, – согласился Творец. – Кстати, дейвы тоже наверняка заинтересуются странной верой.
– И хорошо. Они пришлют своего наблюдателя, а мы внушим ему, что заговор затеяли амечи. Так обе расы Высших начнут подозревать друг друга, а мы подкинем им еще каких-нибудь улик. Рано или поздно либо Ювис, либо Хран не выдержат и начнут войну.
– Так и будем действовать. Нужно только выбрать мир, в котором появится Черный Чародей.
– Мне кажется, выбор очевиден, – перебил Мюрр. – Ксантина.
– Но твоя мать сразу догадается, чьих рук это дело, – возразил Творец.
– Ну и пусть. Все равно она не осмелится признаться Ювису. Наоборот, вначале изо всех сил будет скрывать происходящее от Богов. Кроме того, я свяжу ее клятвой крови. Она даст слово не вмешиваться в деятельность Черного Чародея, и никому не рассказывать о том, что на самом деле творится в ее мире.
– А она поклянется? – засомневался Творец.
– У нее не будет выбора, – усмехнулся Мюрр. – Так или иначе, но я заставлю ее молчать. И у нас появится больше времени, чтобы подготовиться.
– Ты прав, подготовки потребуется много. Прежде всего, надо посадить на трон в одной из стран своего человека. Именно он и будет основателем новой веры.
– Задействуем Дуэра, – предложил Мюрр. – Сделаем его королем… ну хотя бы Кротаса. Пусть душу отведет после Каруги.
– А как же засада на Темьяна? Или ты тоже думаешь, что он погиб?
– Не знаю. – Мюрр впервые за все четыре с половиной тысячи лет солгал Творцу. Раньше бывало, он чего-то не договаривал, но на прямой вопрос всегда отвечал честно. – Не знаю. Но думаю, в Каругу он в любом случае не вернется.
Творец остро взглянул Мюрру в лицо, помолчал, а потом задумчиво сказал:
– Возможно, было бы лучше, чтобы Темьян и в самом деле погиб. Ему сейчас восемнадцать. К этому возрасту характер уже сформирован, и очень трудно изменить его. Не уверен, что нам удастся переманить «второго» на свою сторону. Ведь для него я – прирожденный враг. Он станет ненавидеть меня инстинктивно, подчиняясь бурлящей в его жилах крови предтечи.
– Во мне тоже кровь предтечи, но я не ненавижу вас, – возразил Мюрр. – Напротив, буду защищать, не жалея сил. Чтобы добраться до вас, придется сначала убить меня.
– Я знаю, малыш, знаю. Но Темьян не такой, как ты. Он другой. Совсем другой. И если в нем пробудится предтечи, он станет моим самым злейшим врагом.
– И моим.
Творец-Разрушитель хмыкнул. Впервые за всю историю борьбы Жизни со Смертью, двое предтеч, паладинов Жизни, будут сражаться друг с другом. Обычно они выступают на одной стороне. Впрочем, если замысел Разрушителя все же осуществится, то предтечи снова окажутся на одной стороне. Только на этот раз на стороне Смерти…
– Если Темьян все же погиб, – вернулся к прежней теме Творец, – то очень скоро «второй» должен родиться вновь. И на этот раз, возможно, нам удастся заполучить его еще младенцем и воспитать так, как надо.
Мюрр еле сдержался, чтобы не сказать Творцу правду:
– «Второй» не родится, потому что Темьян жив. Он ушел из Каруги в облике Огня.
Повелитель Холода даже открыл рот, чтобы сказать это… и промолчал.
Творец, похоже, ничего не заметил.
– Ладно, малыш. Жив Темьян или нет, но нам нельзя забывать и о Высших. Необходимо развязать между ними войну. Так что займемся пока дворцовым переворотом в Кротасе, а все мелочи додумаем по ходу.
– А у меня для вас сюрприз – Мюрр загадочно улыбнулся и жестом фокусника извлек из воздуха какой-то предмет, укрытый шелковой тряпицей.
– Что это? – заинтересовался Творец.
– Знакомая вещь? – Мюрр скинул тряпку. Под ней оказалась та самая чаша из черепа Акара с ножкой в виде золотой змеи.
– Тебе удалось сделать из нее якорь? – обрадовался Творец. Он взял чашу, повертел и недоуменно отставил в сторону. – Но ведь ничего не изменилось! Она по-прежнему лишь заготовка…
– Не торопитесь, – прервал Мюрр. – Есть у меня одна догадка, и я предлагаю проверить ее прямо сейчас.
Он разрезал себе руку и наполнил чашу своей кровью. Протянул Творцу:
– Выпейте.
– Погоди, малыш. – Разрушитель отодвинулся подальше от чаши. – Если я выпью кровь предтечи, да еще в таком количестве, меня вышвырнет за Грань, как из катапульты!
– И все же выпейте. Доверьтесь мне.
Разрушитель колебался крохотное мгновение, а потом залпом осушил чашу. Замер, прислушиваясь к ощущениям. Обалдело уставился на Мюрра:
– Что это?.. Почему?..
Повелитель Холода смотрел на наставника с довольной улыбкой. Видел, как кровь начинает свою работу, но не разрушает человеческое тело Творца, а напротив, укрепляет его, фиксирует на одной определенной внешности.
– Как вы себя чувствуете?
– Отлично, – Разрушитель не соврал. – Ты просто гений, малыш. Якорь работает. Еще как работает!
«Ну, надо же, – подумал он. – Оказывается, то, на что мне потребовалось пять тысячелетий, можно было осуществить в один миг, просто-напросто выпив крови вставшего на сторону Смерти предтечи из чаши, сделанной из останков Змееносца. Молодец, Мюрр! Ты создал не просто якорь. Эта чаша приблизила момент разрушения Вселенной на
