что принц на белом коне починит тебе кран, — парировала Яна. — А правда — это то, что ты заслуживаешь человека, который не будет прятаться за «я подумаю», а просто возьмёт и сделает.
— Да уж… — я покрутил обручальное кольцо на пальце. — Только вот где их, этих «просто сделают», искать? Все нормальные, видимо, уже разобраны, а те, что остались, либо женаты, либо…
— Либо ведут себя как Сашка, — закончила за меня Яна.
— Слушай, а давай тебя куда-нибудь вытащим? Ну серьёзно. Кафе, кино, выставка — что угодно. Хоть раз за последние полгода. А то ты как затворница: работа, дом, воспитание детей.
— А школа считается? — улыбнулась я.
— Ну нет уж. Школа не считается.
— Ты даже не представляешь, как там весело бывает. Особенно когда мои девчонки нашкодничают. И не знаешь, что с собой брать — валерьянку или корвалол, что быстрее подействует, — захохотала я.
Яна хлопнула ладонью по столу:
— Поэтому я не спрашиваю, а ставлю перед фактом. В субботу идём в кино. И если ты скажешь «нет», я лично приволоку тебя туда в халате и тапочках.
Я рассмеялась:
— Ты невозможная.
— Зато эффективная, — подмигнула Яна. — Так что? Договорились?
Я посмотрела на её горящие энтузиазмом глаза и неожиданно для себя кивнула:
— Договорились. Но если фильм окажется ерундой, я на тебя обижусь. И идём в пятницу! В субботу я обязательно должна поехать к детям. Даже если машуну не починят, то я поеду на автобусе.
— Вот и прекрасно, значит в пятницу после работы сразу идём! Если он окажется фигнёй, — Яна подняла указательный палец, — я сама куплю тебе целый торт и буду есть его перед тобой, пока ты не простишь.
Мы обе рассмеялись.
Наше веселье нарушил пронзительный звонок телефона. Яна потянулась к полке, подхватила мой мобильник и с ухмылкой протянула мне:
— О-о-о… Легка на помине!
— В смысле? — Улыбка мгновенно сошла с моего лица. На экране высветилось: «Кровушка-свекровушка». Я закинула голову и закатила глаза. — Ну нет… — протянула я. — Я не хочу отвечать.
— Так не бери трубку, — невозмутимо посоветовала Яна.
— Тебе легко говорить! А меня потом она со всеми потрошками проглотит — и не подавится. Как же хорошо, что она живёт на другом конце города! Мне вот ещё личного её присутствия не хватает! — Я посмотрела на подругу серьёзно. — Это, если что, ирония!
— Она не унимается, — Яна взглядом указала на телефон, который продолжал надрываться.
Зная её характер, я понимала: не отвечать — не выход. Иначе через пару часов она материализуется у моей двери с видом праведного гнева. Глубоко вздохнув, я нажала «принять».
— Алло.
— Алиночка, привет! Почему сразу не отвечаешь? — деловитым тоном протараторила свекровь.
— Занята была, — поморщилась я.
— И чем же, интересно, ты так занята, если девочки в деревне, а Саша у меня?
— Ванну принимала, — отрезала я.
— Ладно, я звоню не для того, чтобы узнать, как дела у тебя и чем занимаешься. Мне это не интересно!
«Кто бы сомневался», — мысленно фыркнула я. Кроме сыночка своего — никаких интересов. Странная женщина.
— И по какой же причине вы решили напрячь свой пальчик и нажать кнопку вызова? — не удержалась от колкости.
— Не язви! Мне Саша всё рассказал! Как ты могла так поступить?!
— А теперь поподробнее: что именно он вам рассказал? — Я скрестила пальцы, предчувствуя очередную порцию абсурда.
— А то ты не знаешь! Таскаешь мужиков в дом, пока муж на работе!
— Я таскаю мужиков?! — Мои глаза округлились. — Вы о чём вообще?
— Саша застал вас мокрых на кухне!
И меня прорвало.
— А ваш сыночек не соизволил посвятить вас в то, что этот «мужик», как вы его называете, чинил мне кран, который два месяца капал? А у вашего Сашеньки руки растут не с того места, и он просто забил! Его пальчики только по клавиатуре созданы щёлкать, да? И вот в один момент даже кран не выдержал его равнодушия! А про лошадиные скачки он ничего не рассказывал?
Яна, до этого сидевшая с серьёзным видом, прыснула со смеха.
— Каких лошадей? — с невозмутимым лицом спросила она.
— Соседских! — рявкнула я в трубку.
Молчание повисло на несколько секунд.
— А-а-а… Ты про Ниночку?
— Что?! Ниночку?! — Я чуть не подпрыгнула. — Она уже Ниночка?! Моя сдержанность улетела в сточную трубу.
— Я же сказала, что Александр мне всё рассказал, — невозмутимо повторила свекровь.
Я, до этого стоявшая возле Яны, схватилась за её плечо и сжала так, что подруга вскрикнула от неожиданности. Опомнившись, я ослабила хватку.
— Даже так? Если сыночка-корзиночка всё выложил, то зачем мне звонить?
— Понимаешь, он мой ребёнок, и я переживаю за него. У тебя же тоже есть дети, ты должна меня понять как мать. Отпусти, пожалуйста, его и не препятствуй началу его новой жизни. Даже если и с Ниной — не мешай им.
Я стояла как вкопанная, а потом просто опустилась на стул. Яна, слышавшая каждое слово, шлёпнула себя по лбу от шока.
— Милочка, я всегда сомневалась в том, что девочки от него. В нашем роду никогда не было двойняшек и близняшек. Так что сейчас смысла нет больше лгать, — её спокойствие просто поражало.
— Лгать?! — У меня просто не было слов.
— И да, я также в курсе, что ты на днях подала на развод. Как совместно нажитое делить будете? Я считаю, что нужно пополам! У вас же квартира и машина?
— Знаете что?! — Я вскочила со стула. — Квартира мне досталась от бабушки до замужества, так что на неё ваш обожаемый сыночек пусть не рассчитывает! Накоплений у нас не было и нет. А машину, так и быть, поделим пополам. Но сомневаюсь, что за неё много можно выручить. И ещё: я собрала его вещи. Они будут стоять у двери. Если он завтра их не заберёт, то я их вместе с компом и приставкой отдам бомжам. Завтра утром меняю замок. Больше ему нечего здесь делать!
— Дерзкая какая! — усмехнулась свекровь. — Мы ещё посмотрим.
Я нажала «отбой» и швырнула телефон на стол. Яна молча протянула мне чашку с чаем.
— Ну что, — выдохнула я, — кажется, киношка отменяется. Теперь надо думать, как пережить штурм крепости «Свекровь-терминатор».
— Да уж, — хмыкнула Яна. — Но знаешь что? Ты молодец. Наконец-то дала отпор. Теперь главное — не сдавать позиции.
— Постараюсь, — я нервно рассмеялась. — Хотя, честно говоря, мне сейчас хочется забаррикадироваться в ванной и никуда не выходить.
— Никаких баррикад! — Яна решительно подняла палец. — А свекровь… Пусть хоть весь город обзвонит. Ты теперь свободна. И это главное.
— Вот завтра поменяю замок, чтобы этот маменькин сыночек больше не
