class="p1">– А что, я ещё как-то и ничего вроде...
Коза от такой красоты испуганно заблеяла и начала дёргаться, пытаясь вытащить голову из решётки. Прутья не поддавались. Зато через пару мгновений решётка целиком вылетела из проёма, и рогатая разбойница с истошным криком бросилась прочь, унося железяку на шее.
Яга пожала плечами: что коза понимает в истинной красоте? Недолго думая, ведьма вырвала страницу с заклинанием из книги и начала пробираться через разбросанные фолианты к выходу.
– На ком бы опробовать для начала? – пробормотала ведьма. – Нельзя мне с Князем оконфузиться.
Уже у двери Яга заметила: что Юлий забрался обратно в гамак и теперь мирно посапывал. Вот же лентяй! Будто сам напрашивается на неприятности.
Ведьма усмехнулась, склонилась над спящим конём и нежно позвала:
– Юлий...
Он открыл глаза, увидел перед собой Ягу и вздрогнул.
– Опять ты?
– Нет, Папа Римский, – хмыкнула старушка.
Она быстро перечитала заклинание, спрятала листок в карман и нараспев произнесла:
– Чуча-муча, шуры-муры, начинаются амуры!
Затем Яга сложила ладони сердечком, как было велено в инструкции. Юлий даже моргнуть не успел, а ведьма уже плюнула ему в морду и от души щёлкнула по лбу
Конь завопил от боли, покачнулся и закрутился в гамаке. Крепление не выдержало нагрузки, и Юлий шлёпнулся на пол. Правда, сразу вскочил на ноги и, весь обмотанный тканью, попрыгал к Яге. Ведьма взвизгнула и забралась под стол.
Спустя миг Юлий заглянул в её укрытие.
– Как ты прекрасна! – выдохнул он и лишился чувств. – Ах...
Яга довольно потёрла руки:
– Сработало!
* * *
Не прошло и часа, а Баба-яга уже пожаловала в терем к Князю. Юлий семенил следом, не сводя с ведьмы влюблённых глаз. Внезапно он решился сделать шаг навстречу судьбе, забежал вперёд и рухнул перед Ягой на колени.
– Не видел, не видел! Ходил рядом и не замечал! – причитал он с придыханием. – А ведь я всегда искал такую! Какая стать! Какая грива! – Тут Юлий схватил свою избранницу в объятия и закружил. – О, золотая подкова моего сердца!
– Ах ты, дурашка, – захихикала Яга. – Ну, полно, полно! Веди меня в палаты княжеские!
В то время правитель земель русских только изволил пробудиться. Точнее, его оторвал от приятных грёз боярин Антипка, поверенный во всех государственных делах, который принёс завтрак.
– Доброе утро, княже! – весело поздоровался Антип и начал расставлять на столе тарелки с пирогами, ветчиной и прочими яствами.
– Добрее видали: – мрачно ответил Князь.
Он сидел в ночной сорочке и колпаке на кровати и недовольно морщился, наблюдая за приготовлениями. Даже бутерброды с икрой настроения ему не подняли.
– Приятного аппетита! – пожелал Антип, закончив сервировку.
Правитель нетерпеливо буркнул:
– Иди уже!
Боярин поклонился и со всей возможной почтительностью удалился.
Князь спустил ноги с постели, с отвращением посмотрел на еду и вздохнул.
– Эй, Антипка! – крикнул он вдогонку своему помощнику. – А может, брюква какая осталась? Или репа там?
Вдруг дверь в опочивальню снова распахнулась. В комнату вбежал абсолютно счастливый Юлий, по-прежнему сжимая Бабу-ягу в объятиях. Он бережно, словно драгоценную статуэтку, поставил ведьму возле кровати правителя и торжественно объявил:
– Счастье пришло в твой дом, княже!
– Яга? – вскинул брови Князь.
Не обращая внимания на его замешательство, конь радостно кивнул:
– Смотри и наслаждайся! Она прекрасна!
Яга, разомлев от таких слов, захихикала, словно девочка, и притворно замахала на него руками:
– Ну ты скажешь тоже!
– Дама моего сердца! – с нескрываемой гордостью сообщил конь. – Правда, хороша?
Князь начал закипать:
– Кто позволил? Почему пустили?!
Не теряя времени, Яга подскочила к государю и выпалила заклинание:
– Чуча-муча, шуры-муры, начинаются амуры!
Дальше она, как и в прошлый раз, быстро сложила ладони сердечком, плюнула Князю прямо в лицо и отвесила звонкий щелбан.
Правитель был настолько поражён, что на несколько секунд буквально онемел. Юлий же продолжал глупо ухмыляться и бросать восторженные взгляды на Бабу-ягу.
Довольная своей работой, ведьма приосанилась, кокетливо поправила причёску и проворковала:
– Ну как я тебе, пупсик?
– Не понял... – хрипло пробормотал Князь.
– Не поняла... – в свою очередь изумилась ведьма. – Почему не работает?
Правитель наконец смог взять себя в руки и заорал не своим голосом:
– Стража! Покушение на государя! – Он вскочил с кровати и бросился в коридор, продолжая вопить: – Всех схватить! Немедленно!
На лестнице послышался топот дружинников.
Перепуганная Яга поскорее захлопнула дверь и подпёрла ручку стулом.
– Мы пропали!
Но Юлий был готов прийти на помощь своей возлюбленной.
– Ну что ты, радость моего сердца! Ам! – Он запихнул Яге в рот бутерброд с икрой и невозмутимо сообщил: – Мы скроемся через окно.
– Ты с ума сошёл! – ахнула ведьма. – Мы разобьёмся!
– Нет, любовь моя, – возразил Юлий. – Мы улетим на крыльях нашей любви!
Несмотря на протесты Бабы-яги, он легкомысленно вскочил на подоконник и сиганул вниз.
В следующий миг в опочивальню ворвались дружинники с Князем во главе и бросились к окну. Они успели увидеть, как Юлий с трудом поднялся с земли, а Яга, которой удалось в полёте ухватиться за ветку дерева, прыгнула ему на спину и велела:
– Гони!
Конь тут же сорвался с места, оставляя за собой клубы пыли.
Князь проводил беглецов суровым взглядом и повернулся к дружинникам.
– Стража, где вы там? – рявкнул он. – Богатырей ко мне! Срочно!
А Юлий вместе с Ягой уже покинули столицу и теперь неслись вперёд через бескрайние поля.
– Не, ну как так-то?! – недоумевала ведьма.
Она достала из кармана листок с заклинанием и ещё раз внимательно его перечитала.
– Всё как написано. Чуча-муча... Я так и сказала... В чём же дело?
* * *
В княжеских палатах было неспокойно. Трое богатырей стояли навытяжку, а перед ними нервно бегал из стороны в сторону государь, то и дело восклицая:
– Это неслыханно! Позор!
Наконец Илья решился его прервать:
– Что случилось, княже?
Алёша радостно предположил:
– Тёмные силы?!
– Какие тёмные силы? – Князь строго зыркнул на молодца. – Оскорбление!
– Ну-у-у... – разочарованно протянул богатырь.
– Да! – отрезал правитель. – Оскорбили всё государство. Буквально наплевали ему в самую душу! Через моё лицо.
Он распахнул окно и взглянул на свой народ. А там всем – вы
