того, что он совершил, отец, — вступила в разговор Селисия, подходя ко мне ближе и становясь плечом к плечу. — Он только что одержал сокрушительную победу над армией Малина Медобрука, одолев около двух с половиной тысяч обученных головорезов Консорциума от сорокового до шестидесятого уровня, и даже несколько ублюдков за семидесятый! Их военная машина разбита, финансовое положение Консорциума в руинах.
Селисия перевела дыхание, ее глаза горели фанатичным огнем.
— Консорциум, что пил из всех нас кровь, рухнет, если королевства Шалина объединятся прямо сейчас, чтобы раз и навсегда очистить землю от их яда!
Но Дирик будто ослеп и оглох. Он резко повернулся к принцессе, полностью игнорируя ее пламенную речь о спасении экономики и политики.
— Какого черта ты вообще поддерживаешь связь с разыскиваемым беглецом, дочь⁈ — потребовал он объяснений, брызгая слюной. — С грабителем, с мясником, терроризирующим невинных граждан! Как ты вообще смеешь водить знакомство с таким подонком⁈
Я стоял и слушал его истерику, еле сдерживая презрительную усмешку, этот мужик казался просто невероятно самоуверенным. Стоять здесь, имея жалкий тридцать восьмой уровень, и осыпать оскорблениями Искателя шестидесятого… Ну, для этого требовались либо стальные яйца, либо полное отсутствие мозгов. Что это, непоколебимая уверенность в неприкосновенности монаршей особы или банальная глупость?
Внутри меня шевельнулось мрачное высокомерие человека, который слишком ясно видел разницу в силе. Двадцать два гребаных уровня превращали все угрозы этого разодетого павлина в пустой шум. Если смотреть только на сухие системные цифры, я мог бы раздавить его за долю секунды, размазать по этому дорогому ковру и даже не вспотеть. Но не всё можно решить грубой силой. Мне нужно заставить Дирика бояться потерять свою корону и власть, если он не пойдет на мои условия.
И я точно знал, как именно это сделать.
— Отец, — голос Селисии прозвучал твердо, разрезая тяжелую тишину кабинета. — Судья Артём — самый честный и благородный мужчина из всех, кого я когда-либо встречала. У него была возможность бежать, забрать свою семью и скрыться, когда Малин бросил по его следу своих псов, но вместо этого он откликнулся на призыв Богини и встал на этот тяжкий путь, чтобы вырвать заразу Консорциума с корнем, спасти Шалин и вернуть нам всем надежду на будущее.
Дирик Сильварин, король Харалдара, сидел за массивным дубовым столом, скрестив руки на груди. Его лицо напоминало высеченную из камня маску, а взгляд, устремленный на меня, выражал неприкрытое презрение.
— Единственное, чего я не могу понять в твоем поведении, — процедил король, не сводя с меня глаз, — так это того, что ты делаешь в этой чертовой комнате. Неужели в твоем гареме закончились шлюхи? Или тебе мало спать с любой смазливой девкой, которая только попадется на глаза? — он резко подался вперед, его ноздри раздулись, а глаза сузились от гнева. — Ясно, ты решил смешать дело с удовольствием и наслаждаешься острыми ощущениями от того, что оскверняешь королевскую кровь только одним своим присутствием.
Мое терпение наконец лопнуло. Я шумно выдохнул, чувствуя, как в груди закипает бешенство. Этот напыщенный индюк слишком долго испытывал мои границы, пора спустить его с небес на землю.
— Король Дирик Сильварин, — произнес я тоном, от которого, казалось, температура в кабинете сразу упала на несколько градусов.
Я неторопливо запустил руку в поясной мешочек и извлек оттуда аккуратно сложенный лист плотной бумаги. Сухой шелест пергамента показался неестественно громким.
— В моем мире есть отличная поговорка, Ваше Величество: «Тот, кто живет в стеклянном доме, не должен бросаться камнями». С той самой секунды, как я переступил порог этого кабинета, вы только и делаете, что сыплете беспочвенными оскорблениями и абсурдными обвинениями. Если мы хотим вести продуктивный диалог, а не собачиться, как на базаре, советую вам усвоить одну вещь. Та высокая башня, с которой вы с таким наслаждением плюете на окружающих, невероятно хрупка, одно неверное движение — и она рухнет.
Я сделал шаг вперед и положил сложенный лист прямо перед ним на полированную столешницу.
— Поэтому прежде чем мы продолжим тратить мое время, окажите любезность и прочтите это.
Король сердито фыркнул, схватил бумагу своими холеными пальцами и развернул ее с такой злостью, что едва не порвал. Он опустил взгляд и уже открыл рот, приготовившись, видимо, выдать очередную порцию яда, но не успел.
Секунду, две, три он вчитывался в текст.
Я с наслаждением наблюдал, как спесь и бравада буквально стекают с его лица. Румянец на щеках сменился мертвенной бледностью, губы задрожали, а на лбу выступила испарина. В воздухе отчетливо запахло кислым страхом, запах, который я научился распознавать лучше любого другого, запах сломленного эго.
— Как… — хрипло выдохнул он, словно ему внезапно перекрыли кислород.
Селисия, заинтригованная, шагнула ближе, пытаясь заглянуть через плечо отца.
— Что там, отец?
Дирик дернулся, как от удара током, и судорожно скомкал лист, прижав его к груди. В его глазах плескался коктейль из первобытного ужаса и глубочайшего стыда.
— Ничего! — рявкнул он, но голос дал петуха. Король медленно поднял на меня взгляд. Теперь в нем не было ни капли былого презрения, только настороженность загнанного в угол зверя. Сейчас этот человек в роскошных одеждах был напуган гораздо сильнее, чем в те моменты, когда ему угрожала физическая расправа. Я нашел его уязвимое место и ударил точно в цель.
— Чего тебе от меня нужно? — прохрипел король Харалдара.
— Для начала чтобы вы заткнулись и выслушали меня, — жестко отчеканил я, опираясь костяшками пальцев о стол. — Потому что, несмотря на все дерьмо, которое вы вылили на меня и мою семью, несмотря на то, что вы несправедливо лишили нас земель, титулов и объявили преступниками, я, черт возьми, всё ещё стою на стороне Харалдара и хочу помочь вам вырваться из-под контроля Консорциума.
Воздух дрогнул. Я запустил руку в рюкзак, извлек толстенную пачку документов, перетянутую бечевкой, и бросил их на стол. За первой пачкой последовала вторая, затем третья. Я вытягивал из Пространственного Кармана всё новые и новые стопки, наращивая бумажную башню. Вот она сравнялась с грудью сидящего Дирика, потом поравнялась с его макушкой. Я продолжал.
Еще одна, и еще…
— Ладно, ладно,хватит! — сорвался на крик король, отшатываясь от стола вместе с креслом. — Что, во имя всех богов, всё это значит⁈
— Это, Ваше Величество, — я криво усмехнулся, похлопав по ближайшей стопке, — копии всей информации, которую Теневой Крестовый поход
