ореол, радостное возбуждение, музыку, угощение и вино.
Увы, все было не так.
Чуть раньше нянюшка помогла маме облачиться в скрывающее округлившийся живот просторное платье с завышенной талией. Как всегда, мама являла собой воплощение аристократичности, лоска и красоты, прямо-таки идеальная веронская мадонна.
Теперь она полулежала в моей спальне у меня на кровати, подсунув под плечи подушки и надзирала за тем, как нянюшка с женской прислугой помогают Катерине, Софии, Эмилии и мне слой за слоем натягивать на себя сорочки, чулки, нижние юбки, корсажи и платья.
В смежной спальне вызвавшийся добровольцем папа вместе со своим камердинером запихивали Чезарио в парадный костюмчик.
Сестры ради меня старались бодриться и подшучивали насчет дворцовых ужинов, которые, согласно свежим слухам, никуда не годились. Девочки предлагали мне захватить ножны от подаренного нянюшкой кинжала и набить их хлебом, сыром и финиками.
И все же, как мрачно отметила Эмилия, ничего смешного в этом нет, а идея кажется очень хорошей.
Конечно, у каждой из нас к поясу крепился ножик для еды, и оставить их дома было так же невозможно, как выйти на улицу босиком. Гость, явившийся к трапезе без ножа, скорее всего, отправится домой голодным и беззащитным.
Меня нарядили в ненадеванное шелковое платье, состоящее из лифа и юбки. Его пошили для мамы еще до того, как она забеременела. Насыщенный бирюзовый цвет, пожалуй, был слишком смелым для наивной девы, но мама сказала, что я слишком взрослая для такой роли, и князь не станет ожидать, чтобы я ей соответствовала, поскольку человек он здравомыслящий. Я унаследовала от мамы яркую внешность и потому выглядела в этом платье как жемчужная росинка в бархате. За ночь наши швеи под руководством нянюшки удлинили подол (я переросла маму), надставили лиф (мои плечи и грудная клетка шире маминых), сшили усыпанную жемчугами шапочку в тон, чтобы прикрыть мои длинные темные волосы, и приделали к платью подходящие по цвету рукава с бисерной отделкой.
Я чувствовала себя призовой свиньей на торгах.
– Мыслимо ли ей не взять кинжал? – Нянюшка была серьезна. – Она впервые отправляется во дворец как нареченная князя, это важная роль в наши неспокойные времена, когда коварный враг способен затаиться в темном углу или другом укрытии.
Никто не стал скептически фыркать. Моя недавняя схватка с первой в Вероне серийной убийцей оставила шрам не только у меня на груди, но и в душе. Мы на собственном горьком опыте убедились, что женщина, как бы хорошо ее ни защищали, может столкнуться с опасностью там, где меньше всего ожидает.
– Да! – София пылала боевым задором.
– Но только не кинжал Лисандра, – предупредила мама. – И не твой, моя добрая нянюшка. Вот кинжал князя подойдет.
Когда опасность впервые подняла голову, нянюшка и Лисандр подарили мне по кинжалу, которые крепились к рукам под рукавами.
Князь Эскал тоже подарил мне кинжал, стилет, его следовало носить в ножнах на лодыжке.
Всем им я нашла достойное применение. А стилет князя мне однажды пришлось вонзить между ребер убийце и проткнуть ее сердце. Этот кинжал спас мою бренную плоть, и по меньшей мере за это я была благодарна.
Нянюшка достала стилет из шкафчика, опустилась на колени и закрепила у меня на ноге потертый кожаный ремешок, а потом оправила льняную нижнюю и бархатную верхнюю юбки так, чтобы ничего не было заметно.
Уже одетые, мы, девочки, выстроились перед кроватью для маминого предварительного осмотра. Она прижала руки к сердцу:
– Мои прекрасные дочери!
Конечно, она была права. И никакой это не нарциссизм; если ты растешь, зная, что твои родители – самая красивая, романтичная и вызывающая во всем мире восхищение чета, следовательно, ты и сама прекрасна. У всех нас волосы цвета воронова крыла, разве что оттенки чуть-чуть отличаются, золотистая кожа и большие карие глаза, опушенные длинными ресницами. У нас с Катериной округлые формы, и у младших девочек, наверное, тоже будут роскошные фигуры. Поскольку меня окружали исключительно красотки, я не тратила время на самолюбование.
Но все же стоя здесь, в этом подобии шкатулки для драгоценностей, среди шелков и атласа, шитых золотом рукавов и мягких непальских шалей, мы знали, что хороши. Даже пугающе хороши.
Нянюшка помогла маме сесть прямо.
– Так, – скомандовала мама, – Эмилия, довольно в носу ковыряться! Катерина, выше подбородок! Никто не заметит прыщик у тебя на лбу.
– Как можно его не заметить? – огрызнулась Катерина. – Я с ним просто единорог какой-то!
Нянюшка вгляделась в прыщик и достала желтую мазь, которая должна уменьшать красноту.
– София, покажи руки. – Мама посмотрела на ногти сестренки и покачала головой. – Нянюшка, займись-ка ею с мылом и щеткой.
Пока няня тащила Софи прочь, та издавала протестующие вопли. А мама продолжала:
– Эмилия, вообще забудь, что у тебя есть нос. Рози, подойди. – Она протянула руку, я приблизилась и взяла ее ладонь. – Ты держишься настолько спокойно! Ты хорошо себя чувствуешь?
– Мама, если бы я думала, что это поможет, то ярилась бы и ревела, но приходится признать правоту твоих вчерашних слов. Я и правда должна держать ответ за свои действия. – Истина заключалась в том, что мой мир распался на куски, а испепеляющий гнев сменился парализующим ужасом. – Я приняла собственную участь.
Катерина хмыкнула. Я посмотрела на нее.
– Так оно и есть. Я выйду замуж за подесту. Буду купаться в богатстве, носить великолепные наряды, устраивать празднества, вся Верона станет мне завидовать…
– Можно подумать, тебе есть дело до всей этой чепухи! – запротестовала Эмилия.
– Нет, но теперь моя жизнь станет такой. Пока я не знала Лисандра, то собиралась остаться здесь, в сердце семьи Монтекки, стать незамужней тетушкой при всех ваших детишках. А потом, как ни удивительно, познакомилась с Лисандром и посмела мечтать, что наконец-то встретила любовь, достойную отпрыска Ромео и Джульетты. А потом… – Я в отчаянии воздела руку и позволила ей безвольно упасть.
Катерина была той дочерью, которая всегда задавала верные вопросы.
– Князь Эскал объяснил, почему явился в сад вместо Лисандра?
– Он много чего порассказал. Он хочет жену, которая соответствует определенным требованиям. Похоже, несмотря на мой буйный нрав и недооцененную способность кричать достаточно громко, чтобы меня услышали, он все же уважает во мне мастера дипломатии. – Я имела в виду свою способность уклоняться от нежелательных помолвок… ну, кроме последней, когда потенциального жениха закололи без какого бы то ни было моего участия: это уже упомянутая серийная убийца расстаралась.
Честное слово, так все и было.
– Дипломатичность – отличное качество для жены подесты, – кивнула Катерина.
Я испепелила ее быстрым взглядом, но потом вспомнила о своем решении стоически сносить невзгоды.
