Гримуар – очень личная вещь для каждой ведьмы, и, помимо личной истории, в нем содержались самые сокровенные мысли и самые темные секреты.
– Ну и? – Атропос пробралась по моей спине и теперь сидела на левом плече, прямо как тот самый дьявол. – Книга даст тебе ответы на вопросы. Что дало нам молчание Блейка? Ничего, кроме страданий и еще большего количества проблем. Нам пора действовать по-своему.
– Ладно. Ты права.
Я снова сделала глубокий вдох, а затем устроилась на стоящем рядом стуле и при свете свеч начала изучать книгу.
Я хотела пропустить отрывки, казавшиеся мне нерелевантными, но не смогла прочитать ни единого слова.
– Только не говори, что книга написана на латыни.
– Латынь и гэльский. Морриган очень стара. Ты что, ждала современного английского?
– Мне бы и старого английского было достаточно. Его я хотя бы частично поняла. Латынь в Академии я учила едва ли не хуже, чем древнегреческий.
У меня не оставалось другого выбора, кроме как пытаться изучать книгу, опираясь на ключевые слова. Я пролистала очень точное изображение нашей Богини, что подтвердило мои догадки о том, что она являлась и Морриган тоже. За этим последовал рисунок короля Оберона с несколькими примечаниями. Мне удалось расшифровать такие слова, как «олень», «Благой» и «золото». Я ничуть не удивилась, увидев на следующей странице очень детализированный и украшенный сусальным золотом портрет королевы Маб.
Затем я нашла список королев ведьм и небольшие портреты предшествовавших мне правительниц и их приближенных.
– Она действительно хорошо рисует, – прокомментировала Атропос.
Я одобрительно кивнула.
– Раньше я тоже любила рисовать. Когда вижу такие рисунки, мне и самой хочется взяться за кисть.
– Почему тут указано твое имя и твой портрет?
– А почему их тут быть не должно? Я королева ведьм, если ты вдруг забыла.
– Потому что этот список наверняка был составлен не один год назад. Не десять лет назад и даже не столетие.
– Откуда ты…
Я не закончила предложение, потому что при виде следующей страницы у меня перехватило дыхание. Мало того что она была сильно повреждена и покрыта чернильными кляксами, на ней повторялось мое имя.
Белладонна. Белладонна. Белладонна. Белладонна. Белладонна.
Белладонна. Белладонна. Белладонна. Белладонна. Белладонна.
Белладонна. Белладонна. Белладонна. Белладонна. Белладонна.
Белладонна. Белладонна. Белладонна. Белладонна. Белладонна.
Белладонна. Белладонна. Белладонна. Белладонна. Белладонна.
Следом еще одно слово. Уроборос.
Змея, кусающая себя за хвост.
Хотя это было всего лишь слово, повторяющееся снова и снова, тот факт, что мое имя увековечено на пергаменте, вселил в меня почти языческий страх. Даже Атропос задрожала всем своим змеиным телом.
Дрожащими пальцами я перелистывала страницы, пока на черный каменный пол не вывалилась куча бумажек. Чисто рефлекторно я опустилась на колени и потянулась за бумагами, но застыла в этом движении. Новый портрет занимал целый лист, но я увидела в нем кое-что странное: на нем изображалась моя королевская голова, но одна часть лица была ужасно изуродована и выглядела безжизненной и костлявой.
Этому рисунку, несомненно, уже несколько веков. Краска выцвела и местами даже облупилась.
Теперь я была совершенно уверена в одном: мой портрет она нарисовала не в последние несколько дней, а намного, намного раньше.
– Мне это не нравится, – сказала Атропос, и я молча с ней согласилась, кивнув головой. – Что же нам теперь делать?
Когда услышала шаги в комнате, я быстро приняла решение. Бегство было бы хорошим вариантом, но оно лишь отсрочило бы этот конфликт.
Авалон закричал, видимо, сигнализируя Морриган о том, что она в комнате не одна. Ведьма медленно приблизилась и…
– Что… Белладонна? Что ты здесь делаешь?
Она была в темной мантии, накинутой поверх белой ночной сорочки. Она предусмотрительно взяла с собой маску и надела ее прежде, чем я успела увидеть ее лицо.
– Ты, конечно, уже знаешь это.
– Я знаю далеко не все.
– Скажи мне правду, или я тебя отравлю, – немедленно пригрозила я ведьме. Мне совершенно не хотелось играть в какие-то игры.
– Это не понравится королеве Маб.
– Как-нибудь переживу.
– Как ты вообще это сделаешь? Вальпургиева ночь никогда не обернется против меня. Я почти стала частью царства фейри.
Я указала на нее пальцем.
– Вот именно! Вальпургиева ночь! Откуда ты вообще знаешь ее имя? Его дала ей я. Никто, кроме меня, его не знает! Скажи мне наконец правду. Больше никаких отговорок, я хочу знать, почему ты… – С полубезумным смехом я подбросила в воздух выпавшие из гримуара листки. – Я даже не знаю, что это такое! Все, что мне известно – все это чертовски страшно!
Листики упали на землю.
– Белладонна, это все не важно…
Словно желая еще больше разжечь мой гнев, ведьма опустилась на колени и спокойно собрала страницы.
Возможно, это все было неважно – для нее.
Морриган было плевать на мои чувства. Ее совершенно не трогало, что я переживала, почти не спала или молча тонула в чувстве вины.
Я не должна была приходить в Неблагой двор.
– Держись от меня подальше. С тобой покончено.
Прежде чем я успела убежать, Морриган остановила меня:
– Хватит уже капризничать, как маленький ребенок! Ты не можешь убегать всякий раз, когда тебя что-то не устраивает.
От одного этого предложения внутри меня что-то разорвалось. Сердце билось в груди очень громко, даже громче, чем раздавшийся в комнате звук, когда ведьма была отброшена моими тенями к стене.
Морриган мне не нужна.
– Ты еще пожалеешь, что я ушла!
Насмешливо улыбнувшись, я укусила себя за палец. Подобно голодным волкам, тени поднялись и облизали мою ядовитую кровь.
Морриган с трудом выпрямилась. Одной рукой она держалась за голову. Дурацкая маска скрывала ее охваченное паникой лицо, когда тень вдруг скользнула по ее горлу.
– Твой последний шанс: скажи мне, кто ты.
– Я звездная ведьма, Белладонна, – ответила она. – Это просто мои старые пророчества, которые я нашла к твоему прибытию. Моя способность не работает в царстве фейри, потому что здесь нет настоящих звезд.
– Звездная ведьма? Я думала, они вымерли.
– Возможно, сейчас так и есть. Я давно не находилась среди себе подобных.
– Я знаю одну водяную ведьму, чьей наставницей была звездная ведьма… – выжидающе сказала я.
– Шуйлянь, – кивнула Морриган. – Я была ее наставницей задолго до того, как сбежала из мира людей. Как думаешь, сколько времени прошло в человеческих годах?
То, что она знала имя Шуйлянь, стало для меня достаточным подтверждением. Морриган была звездной ведьмой, древней формой провидиц из рода ведьм.
С одной стороны, я почувствовала облегчение, но с другой – мне было совестно из-за того, что я так на нее кричала.
– Еще и
