спешил, тщательно разжевывал пищу.
Ю Вэйюань нахмурил брови, а после сдержал глухой стон, слегка сгорбившись.
– Если есть быстро, будет болеть живот, – не отрываясь от трапезы, проговорил Му Ян.
Ю Вэйюань знал это, но никак не мог удержаться, чтобы не проглотить все побыстрее. Стоило приступу боли пройти, Ю Вэйюань стал есть более сдержанно, стараясь не забывать о манерах приличия.
Доев, они поскорее натянули на себя уже сухую и еще теплую одежду и более не останавливались на привал.
Спустя еще сутки им наконец удалось дойти до небольшой деревушки под названием Шицзяо[88].
Население там было небольшое, но всегда было людно. В Шицзяо останавливалось на ночлег много людей, как из разных государств, так и разных положений. А после смерти супруга заправляла всем госпожа У. Ей помогал единственный сын.
Ходило много слухов о том, кто на самом деле мать мальчика. Ведь госпожа У была бесплодной. Поговаривали, что сына ее муж нагулял от чужой женщины, а потом привел домой на воспитание. Однако на самом деле его подобрали с улицы в возрасте восьми лет. Как раз после войны, что никак не могла утихомириться между простыми гражданами, во время борьбы за продовольствие и крышу над головой. Прошло много времени, пока все уладилось и государства вновь расцвели: воров стало меньше, жить стало поспокойнее. В это время многие бежали из своих стран, потеряли родных и близких. Дети стали сиротами, а старики – никому не нужными калеками.
Маленькая деревушка Шицзяо – все, что осталось от бывшего небольшого, но все же ранее властвующего государства.
Для пеших путников или простолюдинов, чьи лошади не могли скакать без отдыха несколько тысяч ли, подобный перевалочный пункт играл на руку.
– Сколько?! – возмущенно прокричала Лань Сюэ, услышав стоимость ночлега.
– Вы же не супружеская пара, получается, вам нужно две комнаты. Одна в мужском, другая в женском павильоне. Завтрак, обед и ужин на четыре персоны. Купальня на всех и чистая сменная одежда. – Зачитав, молодая девушка подняла свой взгляд на Лань Сюэ и, скрутив свиток, продолжила: – Потому и такая цена.
– Возмутительно! – белокурая демоница постукивала пальцами по дереву, не желая сдавать своих позиций.
– Если не нравится, можете продолжить путь и задержаться в Гунхуа, чуть больше тысячи ли отсюда, – спокойно ответила девушка.
– Это примерно пять суток пешком, если идти без перерыва, – испуганно проговорил Ю Вэйюань.
Синь Энь обратилась к ним:
– Если у нее деньги все равно не настоящие, то чего она так жадничает?
Му Ян пожал плечами, послушно стоя у прохода и стараясь не вмешиваться. Он все еще держал в руках грязного журавля, поэтому каждый, хотел он того или нет, обращал на него внимание.
– Да брось ты уже эту птицу! – возмутилась Синь Энь.
Они действительно притягивали к себе лишние взгляды, но причиной был вовсе не черный журавль, а то, что с ними были Му Ян и Синь Энь, внешность которых выделялась. Даже белые волосы Лань Сюэ так не притягивали взгляды. К тому же, в отличие от остальных демонов, у Лань Сюэ не было заостренных ушей или слишком длинных когтей. Причиной тому было то, что она, так же как Лань Шицан и Ю Вэйюань, была полукровкой.
Договорившись обо всем, Лань Сюэ махнула им рукой, чтобы они не стояли в проходе. Дав ключ от комнаты Ю Вэйюаню, Лань Сюэ раздраженно зыркнула на журавля:
– Хорошо, за него не пришлось платить. Постарайтесь, чтобы он ничего не испортил, а то припишут еще счет. Что за место! Бесит.
Ю Вэйюань кивнул.
Лань Сюэ и Синь Энь отправились в женский павильон, Му Ян и Ю Вэйюань – в мужской.
Так как это место было частным, а гости приходили разные, за всеми было не уследить. И во избежание неприятностей было решено разделить гостевые дома на мужские, женские и семейные, для супружеских пар. Это же не публичный дом и не проходной двор. По правде, здесь даже воры не воровали, а уличные бандиты вели себя прилично и сдержанно. А причиной такого поведения была именно госпожа У[89].
Кто будет воровать у того, кто всегда обо всем знает? Госпожа У всегда следила за порядком и спокойствием всей деревни, беспокоясь в первую очередь о жителях Шицзяо.
Комнатка для двух юношей была небольшой. Всего-то две раздельные одноместные кровати, низенький столик, окно, откуда пробивался дневной свет, но зато была крыша над головой. Тут даже ни в какие сравнения не пойдут последние пара дней, проведенных в лесу под открытым небом и со всеми пережитыми приключениями. Комната – настоящая роскошь.
Му Ян тут же посадил журавля на чистую кровать.
– Он же грязный, как будешь потом спать? – возмутился Ю Вэйюань, прикрывая за собой дверь.
Му Ян присел возле птицы:
– Во-первых, посмотри на себя, выглядишь не лучше этого несчастного. Во-вторых, это моя кровать, и я сам решу, кого буду укладывать на нее. Об этом Вашему Высочеству не следует беспокоиться.
Му Ян улыбнулся, осторожно поглаживая взъерошенную птицу.
А ведь правда, в отличие от журавля, перья которого отталкивали грязь, одежда этих двоих была пропитана ею.
Пока их окружал холодный осенний воздух, леса и поля, он совсем не чувствовал своего запаха. А сейчас, оказавшись в маленьком замкнутом пространстве, он ощутил неприятный «аромат», исходивший от его тела.
– Нужно сходить в купальню, – обратился Ю Вэйюань к Му Яну.
– Ну так сходи…
«Один?» – подумал про себя Ю Вэйюань. Он, конечно, принимал ванну в одиночестве, но во всем ему помогали слуги. К тому же на него время от времени накатывал страх, потому хотелось, чтобы кто-то всегда был рядом.
Горячих источников в деревне не было, зато было достаточно больших деревянных бочек и небольших комнат, где гости могли уединиться и смыть грязь и пот после дороги.
– Ты совсем дурак? – рявкнул Му Ян, когда Ю Вэйюань попросил протянуть ему свою руку.
Принца неожиданно охватила паника, а от горячих клубов белого пара стало тяжело дышать. Даже аромат масел и трав не мог расслабить его и привести в чувство.
Демон недовольно фыркнул, сдавшись и протягивая принцу свою руку.
Стоило кончикам пальцев принца коснуться чужой ладони, как страх начал медленно отступать. Ю Вэйюань даже не мог видеть лица демона, но это было им обоим на руку, потому что и сам он сейчас выглядел слишком уязвимо и напуганно.
Устав тратить время попусту, Му Ян потянулся за одеянием и, накинув на себя чистый халат, резко встал. С его широких плеч тут же водопадом стекла
