И маленькую девочку на качелях во дворе. Он каждый раз очень внимательно провожала меня взглядом. А в супермаркете не раз натыкалась на одну и ту же тетку.
— Ты ведь понял о чем я, — я тоже щурю глаза.
— Нет.
— Ой, не прикидывайся, — решительно поднимаюсь к Олегу по ступеням. — Почему вам не оставить меня в покое.
— Это случайность, Поли, — Олег машет рукой, разгоняя дым, — что мы тут все оказались. Никто тебя не преследует. Мы, что, маньяки какие-то?
— Вы хуже маньяков, — скрещиваю руки на груди и смотрю поверх крыш. — Я ведь реально думала, что ты водитель.
— Я водитель. У меня даже официальный оклад есть, — Олег топчет окурок носком туфли, — мелочь, а приятно.
— Не хочу иметь дел с бандитами.
— А чего тогда к Зойке прикатила?
— За защитой.
— От кого? — удивляется Олег.
— От вас, — цежу сквозь зубы.
— Не припомню, чтобы мы тебе угрожали чем-то.
— Да вам и угрожать не надо. Я и так знаю, чего от вас ожидать.
— И чего же?
— Это бессмысленный разговор, — стискиваю переносицу.
— Верно, Полина. Я, если честно, не очень разговоры люблю, — Олег прячет руки в карманы. — Люди в разговорах часто врут, увиливают, мозги моют и нервируют, — недовольно цыкает. — И тянут время, как ты сейчас.
— Я не хочу идти к нему.
— А у тебя выбора нет. Как и у него, собственно.
— У него есть выбор. Оставить меня в покое, — зябко кутаюсь в манто.
— И кем бы он тогда был?
— Кем он и был до этого, — зло усмехаюсь. — Мудаком.
— Несчастным мудаком, — Олег разминает плечи.
— Чтобы быть несчастным, нужно иметь сердце, а него его нет, — фыркаю. — Только раздутое самомнение, что все ему что-то должны.
— Ладно, — соглашается Олег, — несчастный мудак с раздутым самомнением. Да, это более полная характеристика Влада. Не буду спорить. А что насчет тебя?
— Идиотка.
— И все.
— Да.
— Возможно, упрямая идиотка? — тихо предполагает Олег.
— Возможно, — поджимаю губы.
— Упрямая и дохрена самостоятельная идиотка?
— Будь я самостоятельной, то маму бы не послушала.
— И то верно, — Олег аккуратно ощупывает синяк. — Упрямая идиотка со странным вкусом в одежде?
Я возмущенно смотрю в опухшее лицо Олега:
— Туфли тети Зои оказались мне большими, а свои я не прихватила, потому что я ехала в деревню к коровам и бандитам, а не на модный показ или свиданки.
— Упрямая и вспыльчивая идиотка, — флегматично отвечает Олег. — Вот.
— Твоя правда, — сжимаю кулаки и зло выдыхаю. — И я хочу тебя ударить. Прям по твоему уродливому синяку.
— А бывают красивые синяки?
— Да к черту тебя! — капризно передергиваю плечами и шагаю к двери, у которой замираю и оглядываюсь. — И из-за чего вы подрались?
— Я хотел уволиться, — Олег пожимает плечами. — В очередной раз не удалось. Меня выматывает моя работа. Это только кажется, что быть водителем у несчастного мудака с раздутым самомнением — легко.
— Но ты не водитель. Ты Каратик.
— Сейчас я водитель, — Олег беззлобно смеется и спускается, — а когда загляну в гости к Зое, то стану Каратиком. Ему надо кое-что с ней обсудить, раз случилось личное знакомство. Ему очень не нравится выходить из тени, но что поделать?
Идет по дорожке среди голых кустов вразвалочку и достает пачку сигарет.
— Курить вредно, — кидаю ему в спину.
— Да иди ты уже, — сует сигарету в рот. — И я все еще настаиваю на хитрой лисе с пушистым хвостиком, Полина.
Я вспыхиваю гневом и скрежещу зубами. Не буду я хитрой лисой, потому что мне от Влада ничего не нужно. Хитрят только те, кто хочет получить выгоду. Поднимаю руку к звонку, а затем решительно дергаю ручку двери, которая с едва уловимым скрипом открывается. Не стану я, как просительница, звонить или стучать.
Захожу, делаю несколько шагов и вздрагиваю, когда дверь за мной с громким стуком захлопывается.
— Любишь ты поболтать, но не с теми, — в полумраке дома раздается тихий голос Влада. — Я в гостиной.
Глава 54. Какая замечательная новость
Глава 54. Какая замечательная новость
Сидит в кресле, закинув ноги на журнальный столик, и читает книгу в темно-зеленом переплете. Лениво и стихим шелестом перелистывает страницу:
— Я тебя внимательно слушаю.
Какой-же он надменный козел! Сердто топаю через гостиную и сажусь на софу. Слушает он меня! Ишь какой деловой! Поднимает взгляд на мою шапку с помпоном, затем смотрит на меховое манто и опять на шапку.
— Еще вот, — тоже закидываю ноги в кроссовках на столик.
Я не знаю, почему я себя так веду. Но хочется, чтобы он “восхитился” моим нелепым нарядом и высказал свое "фе", и тогда я съехиднячаю насчет его синяка на скуле и пластыря на носу.
— Очаровательно, — Влад захлопывает книгу. — Но думаю, шапку можно снять.
— Нет, — я пялюсь на весенний пейзаж с зелеными полями в позолоченной раме на стене, — тогда мой образ деревенской модницы будет неполным.
Смеется, откладывает книгу на подлокотник и смотрит на меня. Очень подозрительно так смотрит. С нежностью, будто соскучился.
— Ладно, согласен в шапке ты очень милая.
Я стягиваю шапку, потому что в мои планы не входило умилять подлеца, но Влад опять смеется. Я зря тяну время. Надо рассказать ему все и закрыть вопрос, но… Он ведь вместо того, чтобы обсудить со мной непростую ситуацию, вывернет ее и предъявит требования: если от меня, то давай тест на отцовство проведем, а потом я у тебя ребенка сразу в роддоме отберу. Да, так все и будет. Может, из-за хорошего настроения смилостивиться и обрадует, что смогу на доченьку или сыночка по выходным со стороны смотреть и слезы лить.
Мои фантазии такие живые, что я аж всхлипываю и мну шапку в руках. Потом Влад женится на какой-нибудь красотке, которая станет жестокой мачехой для моего пупсика. Как же я буду тогда? Я не в состоянии буду защитить кровиночку от злобной стервы. Будет сиротой при живой матери.
— Негодяй, —
