перевожу сердитый взгляд на удивленного Влада.
— Прости? — вскидывает бровь, а в глазах его не вижу злости или негодования.
Я поджимаю губы и швыряю шапкой во Влада, который перехватывает мой снаряд и вновь хохочет. Да, я себя очень глупо веду, но никак не могу взять себя в руки. Я жутко обижена, растеряна и боюсь. Боюсь Влада, который из-за прихоти может уничтожить мою жизнь.
— Как я, оказывается, соскучился по твоим негодяям, мерзавцам и подлецам, — улыбается и щурится.
— Не смотри на меня так.
— Как?
Где его презрительность и надменность? Я его очень хорошо знаю. Он сейчас меня очарует улыбками, ласковым тембром, а потом утопит в холодном отчаянии, как в прошлый раз. Я почти три недели пребывала в зябкой тоске. У меня вся тихая и распланированная жизнь после его появления порушилась, а теперь он ее в силах обратить в пепел.
— Я беременна, — шепчу я.
Хочу на весенние луга под солнышко, а не сидеть тут и ждать метафорической смерти.
— Но не от тебя, — едва слышно добавляю я, потому что ищу лазейку отвязаться от молчаливого палача.
— А от кого? — закидывает ногу на ногу.
Боже, какая я дура. Что я творю? У меня руки трясутся, кончики пальцев онемели, и я хочу спрятаться под столик, и там порыдать маленькой девочкой.
— От Паши, — сипло выдыхаю я.
Влад встает и делает шаг к софе. Если он мне сейчас влепит пощечину, то она будет заслуженной. Бесшумно присаживается рядом. Спускаю ноги со стола и хочу отодвинуться и вжаться в угол, а он приобнимает меня, проникновенно шепнув на ухо:
— И ты от Паши сюда убежала? От него искала защиту у Зои?
Поглаживает по колену, ныряет под подол и неторопливо скользит по бедру. Сердце оглушает яростными ударами, и дыхание сбивается, когда Влад убирает волосы за спину и касается губами шеи. Пряный парфюм с терпкими нотками мускуса пьянит, и я судорожно выдыхаю.
— Попробуй еще раз, Поли, — влажный шепот Влада обжигает ухо, а рука ныряет на внутреннюю сторону бедра. — Без лжи. Ты не умеешь врать. У тебя нет этого навыка.
Я до боли закусываю губы, а пальцы Влада касаются ластовицы трусиков.
— Хотя повременим с серьезным разговором, — поддевает кончиком языка мочку.
Я не успеваю среагировать, как Влад с рыком въедается в мои губы и вдавливает в мягкую спину, задирая платье. Я в слабом возмущении мычу, а сама его обнимаю и языком проскальзываю в горячий рот. Как же я скучала по его грубым и удушающим объятиям и его животной несдержанности.
— Ох, Поли, — шепчет на ухо и распахивает манто.
Стягивает его с плеч, и я неуклюже сбрасываю меховое недоразумение на пол. Хочу Влада. До дрожи в коленях и тихого поскуливания. Мне уже нечего бояться. Покрывает шею и ключицу поцелуями, скидывает тонкие бретельки и под мой стон оголяет грудь.
Обхватывает губами правый сосок, а я закрываю глаза и пропускаю его волосы сквозь пальцы. Я так жаждала этой близости, сны о которой сводили меня с ума. Спускается под мой удивленный возглас на пол и медленно стягивает трусики, чтобы затем рывком подтянуть к себе и раздвинуть ноги.
Секунда и он, будто голодный зверь, впивается в мою промежность. Вцепившись в его волосы, я стыдливо вскрикиваю, а он в ярости урчит и с нажимом проводит упругим языком по клитору, вызывая во мне сладкую и тягучую судорогу. Закидывает мои ноги себе на плечи, и рисует неторопливую восьмерку, от которой выдох обращается в громкий стон. Волосы его не отпускаю.
Я вздрагиваю под его влажными ласками, выгибаюсь в спине. Он то замедляется, то ускоряется. Обивка софы под попой мокрая от слюны и смазки. Мои стоны становятся громче, я дергаю голову Влада, вжимая лицо в промежность в новом приступе дрожи, и его языка ужесточается. Под протяжный крик внизу живота расцветает огненный цветок оргазма и оплетает тело лозами конвульсий.
На секунду слепну, ослабляя пальцы, и растекаюсь по софе тяжело вздыхающей медузой без костей. Отпрянув, Влад спускает мои ноги на ковер и выдергивает из внутреннего кармана платок и вытирает губы и подбородок.
— Это лучший десерт в моей жизни, — скалится в самодовольной улыбке, по которой я скучала все эти холодные и промозглые дни.
— Негодяй, — хрипло шепчу я и закрываю глаза, тяжело сглатывая.
Целует в колено. Слишком ласковый. Это не к добру. Уверена, что он манипулирует мной, мастерски препарирует меня и пытается вывернуть наизнанку.
— Я беременна, — тихо повторяю я. — И, вероятно, от тебя, потому что по сроку… Короче, это не Паша, Влад, а ты отец.
Молчание, которое меня нервирует. Где угрозы, к которым я морально подготовилась? Какой же он сложный мужик. Все жилы вытянет, на куски порежет безмолвием и неопределенностью.
— Какая замечательная новость, Поли, — поднимается на ноги, одергивает полы пиджак и вновь усаживается рядом.
Не слышу в голосе радости и восторга. Свожу колени вместе, оправляю подол платья и возвращаю тонкие бретельки на плечи. Где мой заслуженный скандал с претензиями? Или Влад вздумал меня все же отправить на аборт? Кошу взгляд на бронзовую статуетку ангелочка на журнальном столике. Я Владу голову размозжу, если он заикнется о подобном.
— У меня тоже есть одна замечательная новость, — небрежно отбрасывает платок и приглаживает пятерней волосы.
— Какая? — тускло спрашиваю.
— Я женюсь.
Глава 55. Будешь рядом?
Глава 55. Будешь рядом?
— Женишься? — шепотом спрашиваю я.
Я так и знала. Нашел новую женщину или же позвал Надежду замуж. Может, в нем все-таки проснулось чувство вины перед девицей, которую год использовал? Если так, то похвально, однако… бесит до скрежета зубов.
— И не спросишь на ком? — Влад косит на меня взгляд.
— Ну и на ком? — цежу сквозь зубы.
Ныряет во внутренний карман пиджака:
— На одной очень упрямой женщине, — он со лживой печалью вздыхает. — Влюбился в нее по уши, как подросток.
У меня ноздри от ярости раздуваются, и лицо горит румянцем гнева. Сверлю глазами бронзового ангелочка. Женится? Влюбился? Я готова его поздравить несколькими ударами по голове.
Чем-то глухо щелкает. Влюбился, как подросток, но это не помешало ему пошалить языком со мной. Бессовестный. Берет мою правую ладонь, поглаживает ее, пальцы перебирает:
— Все мысли
